Омара хайяма про: писатели и не только о том, что читают почему

в справедливости. Омар Хайям. 950 лет со дня рождения

Главная | Отдел эстампов | Выставки
© Российская национальная библиотека, 1999
webmaster@nlr.ru


Гияс ад-дин Фатх ибн Ибрахим Омар Хайям Нишапури родился в Нишапуре, учился в этом городе. а затем в крупнейших центрах науки того времени. в том числе в Балхе и Самарканде, где написал трактат «О доказательствах задач алгебры и алмукабалы». На богатом историческом материале исследователи доказали заслуги Омара Хайяма как ученого, который сделал ряд важнейших открытий в области асторономии, математики и физики.
С 1074 года Хайям возглавлял крупнейшую астрономическую обсерваторию. В середине 90-х г.г. XI века совершил паломничество в Мекку. Последние годы жизни Хайям провел в Нишапуре. Он мало общался с людьми и дружил в эти годы только с книгой. Творчество Хайяма — это удивительное явление в истории культуры народов Средней Азии и Ирана. Хайям страстно желал переустройства мира и делал для этого все, что в его cилах: открывал законы природы, вникал в тайны мироздания. Это еще одно доказательство того, что в средние века, в период инквизиции, всеобщего гнета, духовное развитие человеческого обществане останавливалось и не могло остановиться.
Литературное наследие Омара Хайяма и нашло отражение на выставке «Сила — в справедливости. Омар Хайям. 950 лет со дня рождения», открытой в Российской национальной библиотеке в марте 1999 года.
На ней широко представлены книги, журналы. альбомы из всех фондов библиотеки. Выставка состоит из шести разделов:
  • История Персии, ее культуры и литературы.
  • Издания рубаи Омара Хайяма (издания русского и иностранного фонда).
  • Литература о творчестве Омара Хайяма.
  • Омар Хайям и его рубаи в творчестве современных поэтов.
  • Омар Хайям в музыке.
  • Омар Хайям на сценах театров мира.

Среди наиболее интересных материалов хочется выделить 2 издания рубаи Омара Хайяма, хранящиеся в Отделе редких книг РНБ:

— Rendered into English Verse by E. Fitzgerald. With ill. E. Dulac.-London, s.a.
— Omar Khayyam. Rubaiyat.-London, s.a.

Обе книги отличает великолепное оформление, красочные иллюстрации и интересный набор текста.
Многочисленные издания рубаи хранятся как в русском, так и в иностранном фонде библиотеки. Практически все издания, которыми расплолагает РНБ, находятся в экспозиции.

Первые опыты русских стихотворных переводов Омара Хайяма начали появляться в России в конце XIX века — самая ранняя публикация датируется 1891 годом, когда «Вестник Европы» (кн.5, т. III) напечатал 16 стихотворений в переводе В. Величко. В 1894 году в N 7 «Северный вестник» предложил читателям два рубаи в переводе П. Порфирова.

С начала XX века имя Омара Хайяма стало часто появляться на страницах русских изданий. Небольшие подборки стихов были опубликованы в журналах «Кавказский вестник»(1901, N 4) и «Семья» (1901, N 22) в переводах С. Уманца и Т. Лебединского. Эти первые публикации можно увидеть на выставке.

К разряду литературных курьезов можно отнести книгу «Строфы Нуризама», представленную среди изданий рубаи.

В 1901 году она была опубликована К. Герра (под этим псевдонимом выступил поэт и музыкальный критик К. Мазурин). По словам К. Герра, читателю была представлена русская публикация старой восточной рукописи стихов некоего Нирузама — хорасанского стихотворца X века. Современники проявили живой интерес к стихам восточного поэта — сборник включал 168 стихотворений , которые издатель назвал строфами. Однако вскоре критики расценили эту публикацию как искусную подделку, разгадав в имени Нирузама перевертыш фамилии издателя — Мазурин; книга прочно вошла в историю русских литературных мистификаций. Впервые разгадали загадку этого издания спустя многие десятилетия З. Ворожейкина и А. Шахвердов, идентифицировавшие в «строфах Нуризама» 110 рубаи Омара Хайяма и доказавшие, что основу публикаций К. Герра действительно составила одна из рукописей Омара Хайяма.

Особо хочется отметить книги, вышедшие под редакцией Э. Фитцджеральда — одного из первых переводчиков Омара Хайяма на английский язык. Благодаря деятельности этого человека англоязычный мир смог познакомиться с творчеством поэта Востока.

Многие рубаи Хайяма были положены на музыку такими композиторами как Харрисон, Дремлюга, К. Пендерецкий и др. Эти музыкальные сборники, хранящиеся в Нотном отделе библиотеки, заняли достойное место на выставке.

Богатый иллюстративный материал представлен в витринах. На выставке можно увидеть литографии к рубаи, выполненные художником М. Тарановым, а также гравюры на дереве, созданные художником А. И. Калашниковым ( 1972).

Библиография.Омар Хайям.

Омар Хайям — Рубаи Омара Хайяма о вине


Вино запрещено, но есть четыре «но»:
Смотря кто, с кем, когда и в меру ль пьёт вино.
При соблюдении сих четырёх условий —
Всем здравомыслящим вино разрешено!

Будь всё добро моё кирпич один, в кружало
Его бы я отнёс в обмен на полбокала.
Как завтра проживу? Продам чалму и плащ,
Ведь не святая же Мария их соткала.

Будь глух к учёному о боге суесловью,
Целуй кумир, к его прильнувши изголовью.
Покуда кровь твою не пролил злобный рок,
Свой кубок наполняй бесценных гроздий кровью.

Был бы я благочестьем прославиться рад,
Был бы рад за грехи не отправиться в ад,
Но божественный сок твоих лоз, виноград,
Для души моей — лучшая из наград!

Венец с главы царя, корону богдыханов
И самый дорогой из пресвятых тюрбанов
За песнь отдал бы я, на кубок же вина
Я б чётки променял, сию орду обманов.

Вино — прозрачный рубин, а кувшин — рудник.
Фиал — это плоть, а вино в нём — души родник,
В хрустальной чаше искрится вино огневое, —
То — ливень слёз, что из крови гроздий возник.

Вино прекрасно, пусть его клянёт суровый шариат.
Мне жизнь оно, коль от него ланиты милые горят.
Оно горчит, запрещено — за то мне нравится оно.
И в этом старом кабаке мне мило всё, что запретят.

Виночерпий, бездонный кувшин приготовь!
Пусть без устали хлещет из горлышка кровь.
Эта влага мне стала единственным другом,
Ибо все изменили — и друг, и любовь.

Виночерпий, налей в мою чашу вина!
Этой влагой целебной упьюсь допьяна,
Перед тем как непрочная плоть моя будет
Гончарами в кувшины превращена.

Все недуги сердечные лечит вино.
Муки разума вечные лечит вино.
Эликсира забвения и утешенья
Не страшитесь, увечные, — лечит вино!

Всё царство мира — за стакан вина!
Всю мудрость книг — за остроту вина!
Все почести — за блеск и бархат винный!
Всю музыку — за бульканье вина!

Всем известно, что я свою старость кляну.
Всем известно, что я пристрастился к вину,
Но не знают глупцы, что вино возвращает
Юность старцу, усталому сердцу — весну.

Где вчерашние юноши, полные сил?
Всех без жалости серп небосвода скосил.
Горевать бесполезно: что было — то сплыло.
Дай вина, чтобы смертный бессмертья вкусил!

Гора, вина хлебнув, и то пошла бы в пляс.
Глупец, кто для вина лишь клевету припас.
Ты говоришь, что мы должны вина чураться?
Вздор! Это дивный дух, что оживляет нас.

Даже гору напоишь, запляшет она,
Только круглый дурак может жить без вина.
Не раскаюсь, что пью. Нас вино воспитало:
Выпьешь чашу — и вся твоя сущность видна.

День каждый услаждай вином, — нет, каждый час:
Ведь может лишь оно мудрее сделать нас,
Когда бы некогда Ивлис вина напился,
Перед Адамом он склонился б двести раз.

Друзья, бокал — рудник текучего рубина,
А хмель — духовная бокала сердцевина.
Вино, что в хрустале горит, — покровом слёз
Едва прикрытая кровавая пучина.

За то, что вечно пьём и в опьяненье пляшем,
За то, что почести оказываем чашам,
Нас не кори, ханжа! Мы влюблены в вино,
И милые уста всегда к услугам нашим.

И слева мне и справа твердят: не пей, Хайям!
Вино – враг веры правой, сок лоз – отрава нам.
Вино – враг веры? Так пей же кровь лозы,
Ведь кровь врагов лукавых нам пить велит ислам.

Из горлышка кувшина на столе
Льёт кровь вина. И всё в её тепле:
Правдивость, ласка, преданная дружба —
Единственная дружба на земле!

Из сиреневой тучи на зелень равнин
Целый день осыпается белый жасмин.
Наливаю подобную лилии чашу
Чистым розовым пламенем — лучшим из вин.

Круглый год неизменно вращенье Плеяд.
В книге жизни страницы мелькают подряд.
Пей вино. Не горюй. «Горе — медленный яд,
А лекарство — вино», — мудрецы говорят.

Лишь на небе рассвет займётся еле зримый,
Тяни из чаши сок лозы неоценимой!
Мы знаем: истина в устах людей горька, —
Так, значит, истиной вино считать должны мы.

Мне с похмелья лекарство одно принеси,
Если мускусом пахнет оно, принеси,
Если вылечить хочешь Хайяма от скорби
Ранним утром Хайяму вино принеси.

Мне чаша чистого вина всегда желанна,
И стоны нежных флейт я б слушал неустанно.
Когда гончар мой прах преобразит в кувшин,
Пускай наполненным он будет постоянно.

Наповал все печали мой кубок убьёт,
В нём богатство, веселье и радость живёт.
Дочь лозы я сегодня беру себе в жёны,
А рассудку и вере дам полный развод.

Не порочь лозы-невесты непорочной виноградной,
Над ханжою злой насмешкой насмехайся беспощадно.
Кровь двух тысяч лицемеров ты пролей — в том нет греха, —
Но, цедя вино из хума, не разлей струи отрадной.

Нежным женским лицом и зелёной травой
Буду я наслаждаться, покуда живой.
Пил вино, пью вино и, наверное, буду
Пить вино до минуты своей роковой!

Нынче жажды моей не измерят весы,
В чан с вином окуну я сегодня усы!
Разведусь я с учёностью книжной и с верой,
В жёны выберу дочь виноградной лозы.

О вино! Ты — живая вода, ты — исток
Вдохновенья и счастья, а я — твой пророк.
Я тебя прославляю в согласье с кораном:
Ведь сказал же аллах, что вино — не порок!

О вино! Ты прочнее верёвки любой,
Разум пьющего крепко опутан тобой.
Ты с душой обращаешься, словно с рабой.
Стать её заставляешь самою собой.

Обета трезвости не даст, кому вино —
Из благ сладчайшее, кому вся жизнь оно.
Кто в Рамазане дал зарок не пить, — да будет,
Хоть не свершать намаз ему разрешено.

Отречься от вина? Да это всё равно,
Что жизнь свою отдать! Чем возместишь вино?
Могу ль я сделаться приверженцем ислама,
Когда им высшее из благ запрещено?

Пей вино! В нём источник бессмертья и света,
В нём — цветенье весны и минувшие лета.
Будь мгновение счастлив средь цветов и друзей,
Ибо жизнь заключилась в мгновение это.

Пей вино, ибо радость телесная — в нём.
Слушай чанг, ибо сладость небесная — в нём.
Променяй свою вечную скорбь на веселье,
Ибо цель, никому не известная, — в нём.

По воле сотворившего, не знаю,
Я предназначен аду или раю.
Вино, подруга, лютня — часть моя,
Тебе блаженства рая уступаю.

Полету ввысь, вино, ты учишь души наши,
С тобой, как с родинкой, красавец Разум краше.
Мы трезво провели весь долгий Рамазан, —
Вот наконец Шавваль. Наполни, кравчий, чаши!

Поток вина — родник душевного покоя,
Врачует сердце он усталое, больное.
Потоп отчаянья тебе грозит? Ищи
Спасение в вине: ты с ним в ковчеге Ноя.

Призыв из кабака поднял меня от сна:
«Сюда, беспутные поклонники вина!
Пурпурной влагою скорей наполним чаши,
Покуда мера дней, как чаша, не полна».

Принеси заключенный в кувшине рубин —
Он один мой советчик и друг до седин.
Не сиди, размышляя о бренности жизни, —
Принеси мне наполненный жизнью кувшин!

Принесите вина — надоела вода!
Чашу жизни моей наполняют года,
Не к лицу старику притворяться непьющим,
Если нынче не выпью вина — то когда?

Про вечность и про тлен оставим разговор,
В потоке мыслей я почувствовал затор.
Что может заменить вино в часы веселья?
Мгновенно перед ним стихает всякий спор.

Пусть хрустальный бокал и осадок на дне
Возвещают о дне наступающем мне.
Горьким это вино иногда называют,
Если так – значит, истина скрыта в вине!

С тех пор, как на небе Венера и Луна,
Кто видел что-нибудь прекраснее вина?
Дивлюсь, что продают его виноторговцы:
Где вещь, что ценностью была б ему равна?

Сегодня — оргия. С моей женой,
Бесплодной дочкой Мудрости пустой,
Я развожусь! Друзья, и я в восторге.
И я женюсь — на дочке лоз простой.

Сердце! Пусть хитрецы, сговорясь заодно,
Осуждают вино, дескать, вредно оно.
Если душу отмыть свою хочешь и тело —
Чаще слушай стихи, попивая вино.

Скорей вина сюда! Теперь не время сну,
Я славить розами ланит хочу весну.
Но прежде Разуму, докучливому старцу,
Чтоб усыпить его, в лицо вином плесну.

Смотри: беременна душою плоть бокала,
Как если б лилия чревата розой стала,
Нет, это пригоршня текучего огня
В утробе ясного, как горный ключ, кристалла.

Среди гурий прекрасных я пьян и влюблен
И вину отдаю благодарный поклон.
От оков бытия я сегодня свободен
И блажен, словно в высший чертог приглашен.

Стоит власти над миром хороший глоток.
Выше истины выпивку ставит знаток.
Белоснежной чалмы правоверного шейха
Стоит этот, вином обагренный, платок.

Стоит царства китайского чарка вина,
Стоит берега райского чарка вина.
Горек вкус у налитого в чарку рубина
Эта горечь всей сладости мира равна.

Хоть мудрый шариат и осудил вино,
Хоть терпкой горечью пропитано оно, —
Мне сладко с милой пить. Недаром говорится:
«Мы тянемся к тому, что нам запрещено».

Чем пустыми мечтами себя донимать —
Лучше полный кувшин до утра обнимать!
Дочь лозы — эта влага у нас под запретом,
Но запретная дочка желанней, чем мать.

Что сравню во вселенной со старым вином,
С этой чашею пенной со старым вином?
Что еще подобает почтенному мужу,
Кроме дружбы почтенной со старым вином?

Шавваль пришел. Вино, глушителя забот,
Пусть виночерпий нам по чашам разольет.
Намордник строгого поста, узду намазов
С ослиных этих морд благой Шавваль сорвет.

Я снова молод. Алое вино,
Дай радости душе! А заодно
Дай горечи и терпкой, и душистой…
Жизнь — горькое и пьяное вино!


Представление GeoGebra одного из решений кубического уравнения Омара Хайяма.

Введение Представление GeoGebra одного из решений Омара Хайяма для кубического уравнения вверх Представление GeoGebra одного из решений Омара Хайяма для кубического уравнения — Многочлены в истории математики Курсы ›

Автор(ы):

Дебора Кент (Университет Дрейка) и Милан Шерман (Университет Дрейка)

Введение

Рисунок 1. Статуя Омара Хайяма в Нишапуре, Иран (сфотографировано Мухаммадом Махди Каримом, декабрь 2011 г., Wikimedia Commons, под лицензией GFDL 1.2)

В этой статье приводится пример того, как технологии могут способствовать вовлечению студентов и способствовать более глубокому пониманию подхода Омара Хайяма одиннадцатого века к построению решения кубического уравнения. Включенный здесь апплет GeoGebra представляет результат чудесной конструкции Хайяма в формате, более доступном для современных читателей, чем его труды в переводе.

Это динамическое представление устраняет трудности визуализации и интерпретации статического изображения из доказательства Хайяма, тем самым преодолевая некоторые препятствия и сохраняя преимущества включения решения Хайяма в курс истории математики для студентов.

Изучение первоисточников по истории математики — один из способов укрепить понимание математики как непрерывного творческого процесса, происходящего в определенное время и в определенном месте. Первичные источники также могут освещать постепенные изменения, в том числе постепенные сдвиги в перспективе, которые не сохраняются как часть нашего текущего математического ландшафта. Хотя первоисточники предоставляют эти богатые возможности для математического и исторического понимания, студенты часто испытывают разочарование при работе с архаичными источниками, происходящими из совершенно другого мировоззрения. Лингвистические и условные различия также создают проблемы. Студенты иногда не заинтересованы в преодолении этих трудностей, особенно когда они владеют более простыми, эффективными или более общими современными методами — как в случае решения полиномиальных уравнений малой степени.

Эта статья представляет собой доступный интерактивный формат, предназначенный для устранения сложных реалий изучения первоисточника при сохранении замечательного математического результата Хайяма.

Дебора Кент (Университет Дрейка) и Милан Шерман (Университет Дрейка), «Представление GeoGebra одного из решений Омара Хайяма для кубического уравнения — введение»,

Convergence (август 2015 г.)

Convergence

Теги:

4 Алгебра

Геометрия

История математики

Многочлены

Фиктивный вид — НЕ УДАЛИТЬ

  • Зарегистрируйтесь сейчас для AMC 8 и 12/10

  • Ваш новый портал для участников MAA запущен!

  • подписчикам скидка 25%

Рецензия на книгу: Рубаи Омара Хайяма в переводе Эдварда Фицджеральда

Авил Бекфорд // 9 марта

10 Акции

  • LinkedIn
  • Фейсбук
  • Пинтерест
  • Твиттер
  • Эл. адрес
  • Буфер
  • флипборд
  • Более

Иллюстрированный рубайат Омара Хайяма: специальное издание

У большинства читателей есть хотя бы одна книга, которая оказала на них глубокое влияние; « Рубаи » Омара Хайяма была «книгой», которая оказала глубокое влияние на Ди Хока, отца кредитной карты и основателя Visa. Это книга, с которой он консультируется ежедневно.

Хок, как и многие опытные профессионалы, жадно читает, и все, что ему нужно, он нашел в Рубаи .

Rubaiyat — стихотворение, написанное в 11 веке персидским поэтом Омаром Хайямом, который также был известным астрономом и математиком. Есть много переводов Рубаи, но этот был опубликован в 1859 году.Эдвард Фицджеральд, английский писатель, поэт и переводчик.

В стихотворении такого типа, рубаи, каждая строфа состоит из четырех строк, где рифмуются первая, вторая и четвертая строки.

«XVI

Мужчины Мирской Надежды возлагают свои Сердца на

Превращает в пепел – или процветает и скоро

Как снег на пыльном лике пустыни

Прикуривал часок-другой — пропало»

В статье New York Times «C.E.O. Библиотеки открывают ключи к успеху», — цитируется г-н Хок, который сказал, что Рубаи «Предупреждает об опасностях величия и нестабильности судьбы».

Когда я впервые прочитал Иллюстрированный рубайат Омара Хайяма: специальное издание, я не понял, что говорил г-н Хок, и я пришел к выводу, что его краткое изложение того, о чем поэма, основано на переводе, сильно отличающемся от один я читал.

Существует множество переводов, и некоторые из них ближе к исходному персидскому тексту, чем другие, а некоторые в два раза длиннее. Исследования показывают, что рубаи Омара Хайяма, переведенные Питером Эйвери и Джоном Хитом-Стаббсом, ближе к оригинальному персидскому тексту.

Но понимание поэтического языка никогда не было для меня сильной стороной, и я часто чувствую разочарование, когда понимаю, что поэт пытается передать. Я нашел Рубаи Омара Хайяма в переводе Фитцджеральда очень сложным, когда я впервые прочитал его.

После трехкратного прочтения зажегся свет, и я начал понимать, о чем говорит Ди Хок.

«XXIV

Ах, максимально использовать то, что мы можем потратить,

Прежде чем мы тоже в Пыль сойдем;

Пыль в Пыль, и под Пылью лежать,

Без Wine, без Song, без Singer и без End!

XCIII

Действительно, идолы, которых я так долго любил

Я много ошибся в этом Мире:

Утопили мою Славу в мелкой Чаше

И продал свою репутацию за бесценок.

Как и в большинстве стихов, образность сильна, и то, что я увидел в Рубаи Омара Хайяма, , было ловушками чрезмерности и поклонения «вещам». Сложность с английской версией стихотворения заключается в том, что оно переведено на древнеанглийский язык, поэтому, если вы с ним не знакомы, вам придется прочитать его несколько раз, чтобы понять.

Если целью чтения является углубление ваших знаний, лучшие книги — это те, которые заставляют вас думать, и Рубайат Омара Хайяма поможет вам в этом. Я рекомендую Рубайат Омара Хайяма , потому что он выводит вас из вашего сознания и помещает в другое царство. Я прочитаю его еще несколько раз, чтобы увидеть, какие еще кусочки мудрости я могу почерпнуть из него.

  • 12 Сообщений в блогах, которые люди читают на The Invisible Mentor (theinvisiblementor.com)

Иллюстрированный рубаи Омара ХайямаЖизнь, поэзия и философия Омара ХайямаРубайат Омара Хайяма

и

10 Акции

  • LinkedIn
  • Фейсбук
  • Пинтерест
  • Твиттер
  • Эл. адрес
  • Буфер
  • флипборд
  • Более

Об авторе Авил Бекфорд

Здравствуйте!

Я Авил Бекфорд, основатель The Invisible Mentor.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *