Лучшие стихи пушкина о жизни: Все стихи Пушкина о жизни: полный список

Содержание

Популярные стихи Пушкина: читать самые популярные стихотворения

Перейти к контенту

Главная


Стихи Александра Пушкина


Стихотворение Рейтинг Оценок
  • Александр Пушкин — У лукоморья дуб зеленый
  • 4,25 975
  • Александр Пушкин — Письмо Евгения Онегина к Татьяне
  • 3,36 900
  • Александр Пушкин — Унылая пора, очей очарованье
  • 4,33 666
  • Александр Пушкин — Я помню чудное мгновенье (Керн)
  • 4,39 623
  • Александр Пушкин — Уж небо осенью дышало
  • 4,38 495
  • Александр Пушкин — Зимнее утро (Мороз и солнце; день чудесный)
  • 4,40 446
  • Александр Пушкин — Песнь о Вещем Олеге
  • 4,25 428
  • Александр Пушкин — Я вас любил, любовь еще, быть может
  • 4,44 356
  • Александр Пушкин — Евгений Онегин
  • 4,18 365
  • Александр Пушкин — Письмо Татьяны к Онегину
  • 4,19 339
  • Александр Пушкин — Руслан и Людмила (Поэма)
  • 4,26 305
  • Александр Пушкин — Няне
  • 4,28 254
  • Александр Пушкин — Осень
  • 4,20 251
  • Александр Пушкин — Узник
  • 4,46 222
  • Александр Пушкин — Туча
  • 4,36 175
  • Александр Пушкин — Волшебница-зима
  • 4,64 163
  • Александр Пушкин — Зимняя дорога
  • 4,37 173
  • Александр Пушкин — Зимний вечер (Буря мглою небо кроет)
  • 4,51 166
  • Александр Пушкин — Я памятник себе воздвиг нерукотворный
  • 4,03 183
  • Александр Пушкин — Вот север, тучи нагоняя
  • 4,31 170
  • Александр Пушкин — В тот год осенняя погода
  • 4,19 149
  • Александр Пушкин — Зима, Крестьянин, торжествуя
  • 4,45 137
  • Александр Пушкин — Ветер, ветер, ты могуч
  • 4,30
    141
  • Александр Пушкин — Цветок
  • 4,58 127
  • Александр Пушкин — Весна, весна, пора любви
  • 4,48 124
  • Александр Пушкин — Волшебный край
  • 4,33 127
  • Александр Пушкин — Буря
  • 4,37 123
  • Александр Пушкин — Пущину
  • 4,38 122
  • Александр Пушкин — Во глубине сибирских руд
  • 4,26 124
  • Александр Пушкин — Пророк
  • 4,23 112
  • Александр Пушкин — Октябрь уж наступил, уж роща отряхает
  • 4,18 112
  • Александр Пушкин — Сказка о попе и о работнике его Балде
  • 4,44 95
  • Александр Пушкин — К Чаадаеву
  • 4,32 95
  • Александр Пушкин — Опрятней модного паркета
  • 4,43 92
  • Александр Пушкин — Анчар
  • 4,40 92
  • Александр Пушкин — Мой друг
  • 4,42 89
  • Александр Пушкин — Птичка
  • 4,71 83
  • Александр Пушкин — В те дни в таинственных долинах
  • 4,32 88
  • Александр Пушкин — Телега жизни
  • 4,59 76
  • Александр Пушкин — Пора, мой друг, пора
  • 4,24 82
  • Александр Пушкин — Птичка божия не знает
  • 4,45 77
  • Александр Пушкин — Деревня
  • 4,28 80
  • Александр Пушкин — Признание
  • 4,42 77
  • Александр Пушкин — Ох, лето красное
  • 4,32 76
  • Александр Пушкин — Вы избалованы природой
  • 4,23 77
  • Александр Пушкин — Земля и море
  • 4,33 75
  • Александр Пушкин — 19 октября
  • 4,49 69
  • Александр Пушкин — Друзьям (Богами вам ещё даны)
  • 4,72 65
  • Александр Пушкин — Сказка о царе Салтане
  • 4,37 67
  • Александр Пушкин — Сказка о золотом петушке
  • 4,28 61

     

    Лучшие стихи Пушкина: ТОП-50 рейтинг стихотворений Александра Пушкина

    Перейти к контенту

    Главная


    Стихотворения Александра Пушкина



    Стихотворение Рейтинг Оценок
  • Александр Пушкин — Тень Баркова
  • 5,00 32
  • Александр Пушкин — Братья разбойники
  • 5,00 7
  • Александр Пушкин — Гусар
  • 5,00 7
  • Александр Пушкин — Княгине Волконской
  • 5,00 6
  • Александр Пушкин — Кто, волны, вас остановил
  • 5,00 6
  • Александр Пушкин — Мое беспечное незнанье
  • 5,00 6
  • Александр Пушкин — Перед гробницею святой
  • 5,00 6
  • Александр Пушкин — Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем
  • 5,00 5
  • Александр Пушкин — Зачем безвременную скуку
  • 5,00 5
  • Александр Пушкин — Вакхическая песня
  • 5,00 5
  • Александр Пушкин — Андрей Шенье
  • 5,00 5
  • Александр Пушкин — Бахчисарайский фонтан
  • 5,00 5
  • Александр Пушкин — Исповедь
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Близ мест, где царствует Венеция златая
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Герой
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Мечтателю
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — В журнал совсем не европейский
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Клеопатра
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Паж, или Пятнадцатый год
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Ты и я
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Русалка (Поэма)
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — К Овидию
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Покойник, автор сухощавый
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Казак
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Блаженство
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — Из Гафиза
  • 5,00 4
  • Александр Пушкин — От меня вечор Леила
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Будрыс и его сыновья
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Графу Олизару
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Старик из Маро
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Счастлив, кто избран своенравно
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Окно
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Роза
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Рассудок и любовь
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Подобный жребий для поэта
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Песни западных славян
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Разлука (Когда пробил последний счастью час)
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — На перевод Илиады
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Наперсник
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Словесность русская больна
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Экспромт на Огареву (В молчанье пред тобой сижу)
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Послание Дельвигу
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — На Карамзина
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Усы (Философическая ода)
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Стамбул гяуры нынче славят
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Красавице, которая нюхала табак
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Прозерпина
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Если с нежной красотой
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Ушаковой (Когда, бывало, в старину)
  • 5,00 3
  • Александр Пушкин — Дочери Карагеоргия
  • 5,00 2


    Александр Пушкин — лучшие стихи: читать в Аскбуке литературы

    Главная

    »

    Аскбука поэзии

    »

    П

    »

    Александр Пушкин

    • 19 октября

    • Ex ungue leonem

    • Бесы

    • В альбом Сосницкой

    • В стране, где долго, долго брани. ..

    • В. Ф. Раевскому

    • Воспоминание

    • Вот север, тучи нагоняя…

    • Гонимы вешними лучами…

    • Гречанке

    • Дар напрасный, дар случайный…

    • Два чувства дивно близки нам…

    • Демон

    • Добрый человек

    • Дорожные жалобы

    • Е. П. Полторацкой

    • Её глаза

    • Ел. Н. Ушаковой

    • Если жизнь тебя обманет…

    • Желание

    • Желание славы

    • Заклинание

    • Зари багряной полоса…

    • Зачем крутится ветр в овраге…

    • Зима!.. Крестьянин, торжествуя. ..

    • Зима. Что делать нам в деревне? Я встречаю…

    • Зимнее утро

    • Зимний вечер

    • Зимняя дорога

    • И вот уже трещат морозы…

    • И грянул бой, Полтавской бой!..

    • И я слыхал, что божий свет…

    • И. И. Пущину

    • Из письма к Вульфу

    • Из письма к Я. Н. Толстому

    • К *** (Не спрашивай, зачем унылой думой…)

    • К ***<Керн> (Я помню чудное мгновенье…)

    • К Чаадаеву

    • Кавказ

    • Как наше сердце своенравно!..

    • Каков я прежде был, таков и ныне я…

    • Когда в объятия мои…

    • Кого ж любить? Кому же верить?. .

    • Кокетке

    • Куда, куда вы удалились…

    • Кюхельбекеру

    • Любви все возрасты покорны…

    • Люблю тебя, Петра творенье…

    • Любопытный

    • Моя прекрасная Людмила…

    • На берегу пустынных волн…

    • На холмах Грузии лежит ночная мгла…

    • Над омрачённым Петроградом…

    • Настала ночь; покрылись тенью…

    • Не пой, красавица, при мне…

    • Нет ни в чём вам благодати…

    • Но вот Людмила вновь одна…

    • Няне

    • О сколько нам открытий чудных…

    • Он был любим… по крайней мере…

    • Осень

    • Песнь о вещем Олеге

    • Письмо Онегина к Татьяне

    • Письмо Татьяны к Онегину

    • Под небом голубым страны своей родной. ..

    • Подъезжая под Ижоры…

    • Поедем, я готов; куда бы вы, друзья…

    • Познал я глас иных желаний…

    • Поклонник муз, поклонник мира…

    • Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит…

    • Послание цензору

    • Поэту

    • Предчувствие

    • Признание

    • Приятелю

    • Пророк

    • Простишь ли мне ревнивые мечты…

    • Разговор книгопродавца с поэтом

    • Рассудок и любовь

    • Редеет облаков летучая гряда…

    • Сапожник

    • Свободы сеятель пустынный…

    • Соловей и роза

    • Стихи, сочинённые ночью во время бессонницы

    • Телега жизни

    • Тиха украинская ночь. ..

    • Туча

    • У лукоморья дуб зелёный…

    • Уж небо осенью дышало…

    • Узник

    • Храни меня, мой талисман…

    • Цветок

    • Что в имени тебе моём?..

    • Элегия

    • Эпиграмма (Как брань тебе не надоела…)

    • Эпиграмма (Хоть, впрочем, он поэт изрядный…)

    • Я вас любил: любовь ещё, быть может…

    • Я памятник себе воздвиг нерукотворный…

    • Я пережил свои желанья…

    Стихи Александра Пушкина о любви к женщине

        Интересно, подозревал ли Александр Сергеевич Пушкин, что увлечение совершенно разными по социальному статусу, внешности и даже национальности женщинами приведет к тому, что его стихотворения станут признанием в любви миллионам девушек по всему миру. По сей день стихи Пушкина звучат в голосовых сообщениях, переписываются робкой рукой в школьных записках, печатаются на открытках. Лирика Александра Сергеевича стала бессмертной и беспроигрышной возможностью признаться в любви – отличное подспорье современным мужчинам.
    Пушкин прожил недолгую жизнь по нынешним меркам – всего 38 лет. И до последнего мгновения, несмотря на желанный брак с Натальей Гончаровой, сохранял возможность чувствовать и любить. Кого-то другого, не Наталью. Об этом нам спустя почти три века рассказывает стихотворение, написанное в 1835 году (за два года до гибели Александра Сергеевича):

    ***
    Я думал, сердце позабыло
    Способность легкую страдать,
    Я говорил: тому, что было,
    Уж не бывать! уж не бывать!
    Прошли восторги, и печали,
    И легковерные мечты…
    Но вот опять затрепетали
    Пред мощной властью красоты.

        Конечно, в литературоведении принято разделять лирического героя и личность автора, но Пушкин не оставил нам выбора – его увлечения стали основой для длинного списка любовной лирики.
        Впрочем, многочисленные тексты, обращенные к природе, свободе и отчизне, тоже отчасти соответствуют теме «стихотворения о любви к женщине» – любовно-биографические мотивы у Александра Сергеевича рассыпаны повсюду.
    Сегодня многие стихотворения великого поэта (и особенно цитаты из них) стали своего рода мемами – их используют как афоризмы, иногда и не подозревая, кому принадлежат строки:

    ***
    Чем меньше женщину мы любим,
    Тем легче нравимся мы ей
    И тем ее вернее губим
    Средь обольстительных сетей.
    Разврат, бывало, хладнокровный
    Наукой славился любовной,
    Сам о себе везде трубя
    И наслаждаясь не любя.
    Но эта важная забава
    Достойна старых обезьян
    Хваленых дедовских времян:
    Ловласов обветшала слава
    Со славой красных каблуков
    И величавых париков.

    И да, не всегда вырванная из контекста фраза действительно подразумевала тот смысл, который в нее вкладывают наши современники.

    ***
    Я вас любил: любовь еще, быть может,
    В душе моей угасла не совсем;
    Но пусть она вас больше не тревожит;
    Я не хочу печалить вас ничем.
    Я вас любил безмолвно, безнадежно,
    То робостью, то ревностью томим;
    Я вас любил так искренно, так нежно,
    Как дай вам бог любимой быть другим.

    Детство Пушкина проходило в Москве и не было омрачено какими-либо лишениями и трудностями. Большая семья, мягкие и высокообразованные родители, гувернантки, говорящие на нескольких языках, светские приемы в родительской квартире, на которых собирались музыканты, поэты, художники, звучала музыка и поэзия (в том числе и авторства Сергея Львовича – отца Пушкина), доступ к отцовской обширной библиотеке – все это проросло в мальчике удивительной способностью любить все, что его окружает. По крайней мере, мы можем так думать, ссылаясь на его стихотворения – пронизанные кристально-чистыми чувствами ко всему сущему, огненными страстями и даже некоторой вспыльчивостью.

    ***
    Зачем из облака выходишь,
    Уединенная луна,
    И на подушки, сквозь окна,
    Сиянье тусклое наводишь?
    Явленьем пасмурным своим
    Ты будишь грустные мечтанья,
    Любви напрасные страданья
    И строгим разумом моим
    Чуть усыпленные желанья.
    Летите прочь, воспоминанья!
    Засни, несчастная любовь!
    Уж не бывать той ночи вновь,
    Когда спокойное сиянье
    Твоих таинственных лучей
    Сквозь темный завес проницало
    И бледно, бледно озаряло
    Красу любовницы моей.
    Почто, минуты, вы летели
    Тогда столь быстрой чередой?
    И тени легкие редели
    Пред неожиданной зарей?
    Зачем ты, месяц, укатился
    И в небе светлом утонул?
    Зачем луч утренний блеснул?
    Зачем я с милою простился?

        Влияние иностранных наставников уравновешивала бабушка Пушкина – Мария Алексеевна Ганнибал. Друг Александра Сергеевича, Антон Дельвиг восхищался её прекрасным русским языком, и мы можем только позавидовать тем беседам, которые вели маленький Саша и его любимая бабушка, ставшая его первой музой. Эти строки Пушкин посвятил ей:

    Бабушка Пушкина. Мария Алексеевна Ганнибал // Формаслов

    ***
    Наперсница волшебной старины,
    Друг вымыслов игривых и печальных,
    Тебя я знал во дни моей весны,
    Во дни утех и снов первоначальных.
    Я ждал тебя; в вечерней тишине
    Являлась ты веселою старушкой
    И надо мной сидела в шушуне,
    В больших очках и с резвою гремушкой.
    Ты, детскую качая колыбель,
    Мой юный слух напевами пленила
    И меж пелен оставила свирель,
    Которую сама заворожила…

    Удивительно, как легко было учить эти строки из поэмы «Евгений Онегин» в средней школе. Как спокойно и ясно поэт выражает свои мысли – язык Пушкина прост, а главное, безупречно искренен.

    ***
    Увы! Язык любви болтливой,
    Язык и темный и простой,
    Своею прозой нерадивой
    Тебе докучен, ангел мой.
    Но сладок уху милой девы
    Честолюбивый Аполлон.
    Ей милы мерные напевы,
    Ей сладок рифмы гордый звон.
    Тебя страшит любви признанье,
    Письмо любви ты разорвешь,
    Но стихотворное посланье
    С улыбкой нежною прочтешь.
    Благословен же будь отныне
    Судьбою вверенный мне дар.
    Доселе в жизненной пустыне,
    Во мне питая сердца жар,
    Мне навлекал одно гоненье,
    Иль клевету, иль заточенье,
    И редко хладную хвалу.

       

    Амалия Ризнич. Рисунок А.С.Пушкина // Формаслов

    Хочется отметить, что стихотворениями о любви Александр Сергеевич Пушкин навсегда запечатлел память о женщинах, о которых в ином случае и не вспоминали бы. Калипсо Полихрони и Амалия Ризнич – их недолгие жизни, лишь мельком проскользнувшие в биографии великого поэта, остались в истории в таких стихотворениях, как:

     

    Ночь (А. Ризнич)

    Мой голос для тебя и ласковый и томный
    Тревожит поздное молчанье ночи темной.
    Близ ложа моего печальная свеча
    Горит; мои стихи, сливаясь и журча,
    Текут, ручьи любви, текут, полны тобою.
    Во тьме твои глаза блистают предо мною,
    Мне улыбаются, и звуки слышу я:
    Мой друг, мой нежный друг… люблю… твоя… твоя!..

     

    Иностранке (К. Полихрони)

    На языке, тебе невнятном,
    Стихи прощальные пишу,
    Но в заблуждении приятном
    Вниманья твоего прошу:
    Мой друг, доколе не увяну,
    В разлуке чувство погубя,
    Боготворить не перестану
    Тебя, мой друг, одну тебя.
    На чуждые черты взирая,
    Верь только сердцу моему,
    Как прежде верила ему,
    Его страстей не понимая.

    Калипсо Полихрони. Рисунок А.С.Пушкина // Формаслов

    Говоря о многочисленных увлечениях Александра Сергеевича, нельзя не упомянуть (хотя, почему лишь упомянуть?) о Наталье Гончаровой, которая стала единственной женой Пушкина. Историками и биографами сказано многое об их отношения, кое-что вызывает у нас, читателей, некоторую неловкость. Однако стихи, ради которых в общем-то «все мы здесь сегодня собрались», говорят нам гораздо больше о внутреннем мире поэта и чувствах к Гончаровой, чем любые воспоминания посторонних.

    Наталья Гончарова // Формаслов

    ***
    Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем,
    Восторгом чувственным, безумством, исступленьем,
    Стенаньем, криками вакханки молодой,
    Когда, виясь в моих объятиях змией,
    Порывом пылких ласк и язвою лобзаний
    Она торопит мир последних содроганий!

    О, как милее ты, смиренница моя!
    О, как мучительно тобою счастлив я,
    Когда, склоняяся на долгие моленья,
    Ты предаешься мне нежна без упоенья,
    Стыдливо-холодна, восторгу моему
    Едва ответствуешь, не внемлешь ничему
    И оживляешься потом все боле, боле —
    И делишь наконец мой пламень поневоле!


    ***
    Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит —
    Летят за днями дни, и каждый час уносит
    Частичку бытия, а мы с тобой вдвоем
    Предполагаем жить, и глядь — как раз умрем.
    На свете счастья нет, но есть покой и воля.
    Давно завидная мечтается мне доля —
    Давно, усталый раб, замыслил я побег
    В обитель дальную трудов и чистых нег.

        Александр Сергеевич Пушкина подарил нам главное – возможность прочесть его произведения, прочувствовать их (каждому по мере своих сил) и задать себе вопрос: «а что, так можно было?» Можно было – так чувствовать?

    Последним стихотворением Александра Сергеевича Пушкина считается Exegi monumentum:

    ***
    Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
    К нему не зарастёт народная тропа,
    Вознёсся выше он главою непокорной
    Александрийского столпа.

    Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
    Мой прах переживёт и тленья убежит —
    И славен буду я, доколь в подлунном мире
    Жив будет хоть один пиит.

    Слух обо мне пройдёт по всей Руси великой,
    И назовёт меня всяк сущий в ней язык,
    И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой
    Тунгус, и друг степей калмык.

    И долго буду тем любезен я народу,
    Что чувства добрые я лирой пробуждал,
    Что в мой жестокий век восславил я свободу
    И милость к падшим призывал.

    Веленью божию, о муза, будь послушна,
    Обиды не страшась, не требуя венца;
    Хвалу и клевету приемли равнодушно,
    И не оспоривай глупца.

    И оно в каком-то смысле тоже о любви к женщине – к Вечности.

    Стихи Пушкина о любви. Любовная лирика Александра Срегеевича Пушкина | Оллам

    Красавица

    Всё в ней гармония, всё диво,
    Всё выше мира и страстей;
    Она покоится стыдливо
    В красе торжественной своей;
    Она кругом себя взирает:
    Ей нет соперниц, нет подруг;
    Красавиц наших бледный круг
    В ее сияньи исчезает.

    Куда бы ты ни поспешал,
    Хоть на любовное свиданье,
    Какое б в сердце ни питал
    Ты сокровенное мечтанье, —
    Но, встретясь с ней, смущенный, ты
    Вдруг остановишься невольно,
    Благоговея богомольно
    Перед святыней красоты.

    1832

    19596

    Голос за!

    Погасло дневное светило…

    Погасло дневное светило;
    На море синее вечерний пал туман.
    Шуми, шуми, послушное ветрило,
    Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
    Я вижу берег отдаленный,
    Земли полуденной волшебные края;
    С волненьем и тоской туда стремлюся я,
    Воспоминаньем упоенный…
    И чувствую: в очах родились слезы вновь;
    Душа кипит и замирает;
    Мечта знакомая вокруг меня летает;
    Я вспомнил прежних лет безумную любовь,
    И все, чем я страдал, и все, что сердцу мило,
    Желаний и надежд томительный обман…
    Шуми, шуми, послушное ветрило,
    Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
    Лети, корабль, неси меня к пределам дальным
    По грозной прихоти обманчивых морей,
    Но только не к брегам печальным
    Туманной родины моей,
    Страны, где пламенем страстей
    Впервые чувства разгорались,…

    Читать далее…

    5595

    Голос за!

    Ночь

    Мой голос для тебя и ласковый и томный
    Тревожит поздное молчанье ночи темной.
    Близ ложа моего печальная свеча
    Горит; мои стихи, сливаясь и журча,
    Текут, ручьи любви, текут, полны тобою.
    Во тьме твои глаза блистают предо мною,
    Мне улыбаются, и звуки слышу я:
    Мой друг, мой нежный друг… люблю… твоя… твоя!..

    1823

    6794

    Голос за!

    Простишь ли мне ревнивые мечты…

    Простишь ли мне ревнивые мечты,
    Моей любви безумное волненье?
    Ты мне верна: зачем же любишь ты
    Всегда пугать мое воображенье?
    Окружена поклонников толпой,
    Зачем для всех казаться хочешь милой,
    И всех дарит надеждою пустой
    Твой чудный взор, то нежный, то унылый?
    Мной овладев, мне разум омрачив,
    Уверена в любви моей несчастной,
    Не видишь ты, когда, в толпе их страстной,
    Беседы чужд, один и молчалив,
    Терзаюсь я досадой одинокой;
    Ни слова мне, ни взгляда… друг жестокой!
    Хочу ль бежать: с боязнью и мольбой
    Твои глаза не следуют за мной.
    Заводит ли красавица другая
    Двусмысленный со мною разговор —
    Спокойна ты; веселый твой укор
    Меня мертвит, любви не выражая.
    Скажи еще: соперник вечный мой,
    Наедине застав меня с тобой,

    Читать далее…

    5393

    Голос за!

    Сожженное письмо

    Прощай, письмо любви! прощай: она велела.
    Как долго медлил я! как долго не хотела
    Рука предать огню все радости мои!..
    Но полно, час настал. Гори, письмо любви.
    Готов я; ничему душа моя не внемлет.
    Уж пламя жадное листы твои приемлет…
    Минуту!.. вспыхнули! пылают — легкий дым
    Виясь, теряется с молением моим.
    Уж перстня верного утратя впечатленье,
    Растопленный сургуч кипит… О провиденье!
    Свершилось! Темные свернулися листы;
    На легком пепле их заветные черты
    Белеют… Грудь моя стеснилась. Пепел милый,
    Отрада бедная в судьбе моей унылой,
    Останься век со мной на горестной груди…

    1825

    12808

    Голос за!

    Желание славы

    Когда, любовию и негой упоенный,
    Безмолвно пред тобой коленопреклоненный,
    Я на тебя глядел и думал: ты моя, —
    Ты знаешь, милая, желал ли славы я;
    Ты знаешь: удален от ветреного света,
    Скучая суетным прозванием поэта,
    Устав от долгих бурь, я вовсе не внимал
    Жужжанью дальному упреков и похвал.
    Могли ль меня молвы тревожить приговоры,
    Когда, склонив ко мне томительные взоры
    И руку на главу мне тихо наложив,
    Шептала ты: скажи, ты любишь, ты счастлив?
    Другую, как меня, скажи, любить не будешь?
    Ты никогда, мой друг, меня не позабудешь?
    А я стесненное молчание хранил,
    Я наслаждением весь полон был, я мнил,
    Что нет грядущего, что грозный день разлуки
    Не придет никогда… И что же? Слезы, муки,
    Измены, клевета, всё на главу мою
    Обрушилося вдруг…

    Читать далее…

    5510

    Голос за!

    К *** (Я помню чудное мгновенье…)

    Я помню чудное мгновенье:
    Передо мной явилась ты,
    Как мимолетное виденье,
    Как гений чистой красоты.

    В томленьях грусти безнадежной,
    В тревогах шумной суеты,
    Звучал мне долго голос нежный
    И снились милые черты.

    Шли годы. Бурь порыв мятежный
    Рассеял прежние мечты,
    И я забыл твой голос нежный,
    Твои небесные черты.

    В глуши, во мраке заточенья
    Тянулись тихо дни мои
    Без божества, без вдохновенья,
    Без слез, без жизни, без любви.

    Душе настало пробужденье:
    И вот опять явилась ты,
    Как мимолетное виденье,
    Как гений чистой красоты.

    И сердце бьется в упоенье,
    И для него воскресли вновь…

    Читать далее…

    5671

    Голос за!

    Признание

    Я вас люблю, — хоть я бешусь,
    Хоть это труд и стыд напрасный,
    И в этой глупости несчастной
    У ваших ног я признаюсь!
    Мне не к лицу и не по летам…
    Пора, пора мне быть умней!
    Но узнаю по всем приметам
    Болезнь любви в душе моей:
    Без вас мне скучно, — я зеваю;
    При вас мне грустно, — я терплю;
    И, мочи нет, сказать желаю,
    Мой ангел, как я вас люблю!
    Когда я слышу из гостиной
    Ваш легкий шаг, иль платья шум,
    Иль голос девственный, невинный,
    Я вдруг теряю весь свой ум.
    Вы улыбнетесь, — мне отрада;
    Вы отвернетесь, — мне тоска;
    За день мучения — награда
    Мне ваша бледная рука.
    Когда за пяльцами прилежно
    Сидите вы, склонясь небрежно,
    Глаза и кудри опустя, —
    Я в умиленье, молча, нежно
    Любуюсь вами, как дитя!..

    Читать далее…

    5755

    Голос за!

    Талисман

    Там, где море вечно плещет
    На пустынные скалы,
    Где луна теплее блещет
    В сладкий час вечерней мглы,
    Где, в гаремах наслаждаясь,
    Дни проводит мусульман,
    Там волшебница, ласкаясь,
    Мне вручила талисман.

    И, ласкаясь, говорила:
    «Сохрани мой талисман:
    В нем таинственная сила!
    Он тебе любовью дан.
    От недуга, от могилы,
    В бурю, в грозный ураган,
    Головы твоей, мой милый,
    Не спасет мой талисман.

    И богатствами Востока
    Он тебя не одарит,
    И поклонников пророка
    Он тебе не покорит;
    И тебя на лоно друга,
    От печальных чуждых стран,
    В край родной на север с юга
    Не умчит мой талисман…

    Но когда коварны очи
    Очаруют вдруг тебя,
    Иль уста во мраке ночи
    Поцелуют не любя —
    Милый друг! от преступленья,. ..

    Читать далее…

    5854

    Голос за!

    Портрет

    С своей пылающей душой,
    С своими бурными страстями,
    О жены Севера, меж вами
    Она является порой
    И мимо всех условий света
    Стремится до утраты сил,
    Как беззаконная комета
    В кругу расчисленном светил.

    1828

    6574

    Голос за!

    На холмах Грузии лежит ночная мгла…

    На холмах Грузии лежит ночная мгла;
    Шумит Арагва предо мною.
    Мне грустно и легко; печаль моя светла;
    Печаль моя полна тобою,
    Тобой, одной тобой… Унынья моего
    Ничто не мучит, не тревожит,
    И сердце вновь горит и любит — оттого,
    Что не любить оно не может.

    1829

    7336

    Голос за!

    Я вас любил: любовь еще, быть может…

    Я вас любил: любовь еще, быть может,
    В душе моей угасла не совсем;
    Но пусть она вас больше не тревожит;
    Я не хочу печалить вас ничем.
    Я вас любил безмолвно, безнадежно,
    То робостью, то ревностью томим;
    Я вас любил так искренно, так нежно,
    Как дай вам бог любимой быть другим.

    1829

    7204

    Голос за!

    Когда в объятия мои…

    Когда в объятия мои
    Твой стройный стан я заключаю
    И речи нежные любви
    Тебе с восторгом расточаю,
    Безмолвна, от стесненных рук
    Освобождая стан свой гибкой,
    Ты отвечаешь, милый друг,
    Мне недоверчивой улыбкой;
    Прилежно в памяти храня
    Измен печальные преданья,
    Ты без участья и вниманья
    Уныло слушаешь меня…
    Кляну коварные старанья
    Преступной юности моей
    И встреч условных ожиданья
    В садах, в безмолвии ночей.
    Кляну речей любовный шепот,
    Стихов таинственный напев,
    И ласки легковерных дев,
    И слезы их, и поздний ропот.

    1830

    5406

    Голос за!

    • Показать еще

    Стихи о Пушкине — Александр Пушкин

     

     ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН

    Пушкин

    Есть имена, как солнце! Имена —
    Как музыка! Как яблоня в расцвете!
    Я говорю о Пушкине: поэте,
    Действительном, в любые времена!

    Но понимает ли моя страна —
    Все эти старцы, юноши и дети, —
    Как затруднительно сказать в сонете
    О том, кем вся душа моя полна?

    Его хвалить! — пугаюсь повторений…
    Могу ли запах передать сирени?
    Могу ль рукою облачко поймать?

    Убив его, кому все наши вздохи?
    Дантес убил мысль русскую эпохи,
    И это следовало бы понять…

    1926

    (Русский поэт «Серебряного века» Игорь Северянин, настоящее имя – Игорь Васильевич Лотарёв. Годы жизни: 1887-1941) 


     

     

     А. МАЙКОВ

    Перечитывая Пушкина

    Его стихи читая — точно я
    Переживаю некий миг чудесный:
    Как будто надо мной гармонии небесной
    Вдруг понеслась нежданная струя…

    Нездешними мне кажутся их звуки:
    Как бы, влиясь в его бессмертный стих,
    Земное всё — восторги, страсти, муки —
    В небесное преобразилось в них!

    1887

    (Русский поэт XIX века Аполлон Николаевич Майков. Годы жизни: 1821-1897)


     

     

     В. ГИЛЯРОВСКИЙ

    Памяти А. С. Пушкина

    Поклон тебе, поэт! А было время, гнали
    Тебя за речи смелые твои,
    За песни, полные тревоги и печали,
    За проповедь свободы и любви.
    Прошли года. Спокойным, ясным взором
    История, взглянув в былые времена,
    Ниц пала пред тобой, покрыв навек позором
    Гонителей суровых имена…
    А ты пред нами здесь один царишь над троном,
    Тебе весь этот блеск восторженных очей,
    Один ты окружен бессмертным ореолом
    Неугасающих лучей!

    1899

    (Русский писатель и поэт XIX- XX века Владимир Алексеевич Гиляровский. Годы жизни: 1855-1935)


     

     

     АЛЕКСЕЙ ПЛЕЩЕЕВ

    Памяти Пушкина

    Мы чтить тебя привыкли с детских лет,
    И дорог нам твой образ благородный;
    Ты рано смолк; но в памяти народной
    Ты не умрешь, возлюбленный поэт!

    Бессмертен тот, чья муза до конца
    Добру и красоте не изменяла,
    Кто волновать умел людей сердца
    И в них будить стремленье к идеалу;

    Кто сердцем чист средь пошлости людской,
    Средь лжи кто верен правде оставался
    И кто берег ревниво светоч свой,
    Когда на мир унылый мрак спускался.

    И всё еще горит нам светоч тот,
    Всё гений твой пути нам освещает;
    Чтоб духом мы не пали средь невзгод,
    О красоте и правде он вещает.

    Все лучшие порывы посвятить
    Отчизне ты зовешь нас из могилы;
    В продажный век, век лжи и грубой силы
    Зовешь добру и истине служить.

    Вот почему, возлюбленный поэт,
    Так дорог нам твой образ благородный;
    Вот почему неизгладимый след
    Тобой оставлен в памяти народной!

    1880

    (Русский писатель и поэт XIX века Алексей Николаевич Плещеев. Годы жизни: 1825-1893)


     

     

     ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН

    «Любовь! Россия! Солнце! Пушкин!..» 

    Любовь! Россия! Солнце! Пушкин! —
    Могущественные слова!..
    И не от них ли на опушке
    Нам распускается листва?

    И молодеет не от них ли
    Стареющая молодежь?
    И не при них ли в душах стихли
    Зло, низость, ненависть и ложь?

    Да, светозарны и лазорны,
    Как ты, весенняя листва,
    Слова, чьи звуки чудотворны,
    Величественные слова!

    При звуках тех теряет даже
    Свой смертоносный смысл, в дали
    Веков дрожащая в предаже
    Посредственная Nathalie…

    При них, как перед вешним лесом,
    Оправдываешь, не кляня,
    И богохульный флерт с д’Антесом —
    Змей Олегова коня…

    1924

    (Русский поэт «Серебряного века» Игорь Северянин, настоящее имя – Игорь Васильевич Лотарёв. Годы жизни: 1887-1941) 


     

     

     Ф. ТЮТЧЕВ

    29-е января 1837

    Из чьей руки свинец смертельный
    Поэту сердце растерзал?
    Кто сей божественный фиал
    Разрушил, как сосуд скудельный?
    Будь прав или виновен он
    Пред нашей правдою земною,
    Навек он высшею рукою
    В цареубийцы заклеймен.

    Но ты, в безвременную тьму
    Вдруг поглощенная со света,
    Мир, мир тебе, о тень поэта,
    Мир светлый праху твоему!…
    Назло людскому суесловью,
    Велик и свят был жребий твой!…
    Ты был богов орган живой,
    Но с кровью в жилах…
    знойной кровью.

    И сею кровью благородной
    Ты жажду чести утолил –
    И осененный опочил
    Хоругвью гордости народной.
    Вражду твою пусть Тот рассудит,
    Кто слышит пролитую кровь,
    Тебя ж, как первую любовь,
    России сердце не забудет!..

    1837

    (Поэт «Золотого века» русской литературы Федор Иванович Тютчев. Годы жизни: 1803-1873)


     

    Сборник стихов Александра Пушкина

    Вы здесь: Главная » Русские поэты » Александр Пушкин

    Поделиться |


    СБОРНИК СТИХОВ
    BY

    (Род. 1799, Умер 1837)

    (Перевод с русского)

    Александр Пушкин , по общему согласию — по крайней мере среди своих соотечественников — величайший из всех русских писателей. Большая часть его лирической поэзии написана между 1820 и 1830 годами, но некоторые из его поэтических шедевров были написаны в последние семь лет. лет своей жизни, когда он обратил свое внимание на прозу. Можно проследить развитие от искрометного задора его раннего стиха, венцом которого является первая глава Евгений Онегин, написано в 1823 году — к сосредоточенной выразительности и сдерживал силу своей позднейшей поэзии. Осуществляя новый синтез между тремя основными составляющие русского литературного языка — церковнославянского, западноевропейского заимствований и разговорной речи — Пушкин создал язык современного русского языка. поэзия. Его личная жизнь осложнялась конфликтами с властями, которые не одобряли его либеральные взгляды. Он был убит на дуэли.

    От «Наследие русского стиха», by Дмитрий Оболенский



    А
    «Среди шумного бала…»
    Анчар
    Ангел
    Арион
    Художник
    Пробуждение

    Б
    Вакхическая песня
    Медный всадник
    Сожженное письмо

    С
    Телега жизни
    Хроника Стихотворца
    Монастырь на Казбеке
    Облако
    Разговор книготорговца с поэтом
    Любопытный

    Д
    «Глухой когда-то называли глухим…»
    Демон
    Мечта

    Е
    «Старейшины…»
    Элегия
    Эпиграмма на смерть стихотворца
    Евгений Онегин

    Ф
    Прощай
    «Прощайте, верные лиственные рощи!. ..»
    Цветок
    «Цветы осенних дней»
    «К берегам дома…»
    Дружба

    Г
    «Хорошо для поэта, который…»
    Цыгане
    Цыгане (2)

    Н
    Холмы Джорджии
    «Как это сладко…»

    я
    «Я в цепях…»
    «Я не сожалею о годах…»
    «Я любил тебя…»
    Имитация
    «Я остался один в…»
    «Напрасно я думал спрятаться. ..»
    Вызов
    «В житейской степи…»
    «Худеет…»
    «Пора, мой друг…»
    «Я прошел через все мои…»
    «Я скоро замолчу…»

    Д
    «Там, над Венценосным…»

    К
    Карамзин

    Л
    «Земля Московская…»
    «Наша Лига — это…»
    «Пусть бард, с…»
    «Да поможет тебе Бог…»
    «Пусть Венчаемый…»
    Маленькая птичка

    М
    Дева
    Морфеус
    Муза
    «Красавица моя, не пой для меня»
    «Мое использованное невежество. ..»

    Н
    «Наивный ревнитель инопланетян…»
    «Недалеко от района, где царит золотая Венеция…»
    Ночь
    Соловей и роза

    О
    «О, лень, приди…»
    «О, Муза Красного…»
    «О, Рим — страна гордая…»

    П
    Коварство
    Поэт
    Поэт и толпа
    Портрет
    Предчувствие
    Заключенный
    Пророк

    Р
    «Ворон к воронам летит…»
    Воспоминание
    Руслан и Людмила

    С
    «Опечаленный полумесяц…»
    «Спаси меня от безумия, Боже. ..»
    Разделение
    Сапожник
    Певица
    Одиночество
    «Таким, каким я был раньше…»
    «Предположим, что вы выиграли…»

    Т
    Талисман
    Буря
    Десятая заповедь
    Ты и ты
    К…
    Малышу
    Красавице
    К бюсту Завоевателя
    Ушаковой Е.Н.
    К Фонтану Дворца Бакчисарай
    Пущину И.И.
    Знаки суеверия
    Морфеусу
    Моим друзьям
    Поэту
    К портрету Жуковского
    Щербинину
    На Вяземский
    Языкову
    В Жуковский
    Правда
    «Прав Туманский, когда он. ..»

    Ш
    «Что значит для вас…»
    «Что случилось? Почему ты…»
    «Когда ты такой молодой и сказочный…»
    «Кто тебя полностью остановил…»
    «Почему ты должен поддерживать…»
    Зимний вечер
    Зимняя дорога
    Желание
    «Хуже, чем идиллия…»

    Особая благодарность Евгению Бонверу, Тане Карштедт и Дмитрию Карштедту за предоставленный мне уникальный материал для этой страницы (т.е. их переводы известных стихи автора Александр Пушкин )

    Александр Пушкин в Интернете: Google | Википедия

    Поделиться |

    «); }

    Вы здесь: Главная » Русские поэты » Александр Пушкин

    x

    Используя наш веб-сайт, вы соглашаетесь с нашей политикой использования файлов cookie. Закрыть

    Авторское право © 1995-2020 Стихи. Все права защищены.

    Страница любителей поэзии находится на реконструкции. Пожалуйста, следите за обновлениями для новых и интересных функций.


    Теперь у нас есть словарь. Попробуйте: дважды щелкните любое слово на этой странице, а затем щелкните Определение

    Электронная книга стихов Александра Пушкина «Проект Гутенберг».

    Электронная книга стихов «Проект Гутенберг» Александра Пушкина.
    
    Электронная книга стихов «Проект Гутенберг» Александра Пушкина
    
    Эта электронная книга предназначена для использования кем угодно в Соединенных Штатах и ​​в большинстве
    другие части мира бесплатно и почти без ограничений
    что угодно. Вы можете копировать его, отдавать или повторно использовать в соответствии с условиями
    Лицензия Project Gutenberg включена в эту электронную книгу или размещена в Интернете по адресу
    www. gutenberg.org. Если вы не находитесь в Соединенных Штатах, у вас будет
    чтобы проверить законы страны, в которой вы находитесь, прежде чем использовать эту электронную книгу.
    
    
    
    Название: Стихи
           С введением и примечаниями
    
    Автор: Александр Пушкин.
    
    Автор: Иван Панин
    
    Переводчик: Иван Панин
    
    Дата выпуска: 27 июня 2017 г. [Электронная книга № 54991]
    
    Английский язык
    
    Кодировка набора символов: ISO-8859-1
    
    *** НАЧАЛО ЭТОГО ПРОЕКТА ЭЛЕКТРОННАЯ КНИГА ГУТЕНБЕРГ СТИХИ ***
    
    
    
    
    Произведено Марком Д'Хуге из Free Literature (скоро онлайн
    в расширенной версии, а также ссылки на бесплатные источники для
    образование по всему миру... МООК, учебные материалы,...)
    Изображения щедро предоставлены Интернет-архивом.
    
    
    
    
    
    
     

    BY

    Перевод с русского, с введением и примечаниями
    BY
    ИВАН ПАНИН
    БОСТОН
    КУПЛЫ И ХЕРД
    БОЙЛСТОН-СТРИТ, 94
    1888

    К
    МИССИС. ДЖОН Л. ГАРДНЕР, 90 956 КТО ПЕРВЫМ ПОЛЕЗНО ПРИЗНАЛ
    КАКИЕ ДОСТОИНСТВА ЕСТЬ В
    ЭТА КНИГА.


    СОДЕРЖАНИЕ

    Библиографическое предисловие    9

    Введение.

    I. Поэтический идеал   15

    II. Внутренняя жизнь 28

    III. Общая характеристика   38

    Автобиографические стихи.

    Пн Портрет   59
    Моя родословная   61
    Мой памятник   64
    Моя Муза   66
    Мой Демон   67
    Сожаление   69
    Воспоминания   70
    Элегия   72
    Воскресение   73
    Пророк   74

    Повествовательные стихи.

    Изгой   79
    Черная шаль 82
    Русалка 84
    Казак 87
    [стр. 5] Утонувшие 90

    Стихи о природе.

    Птичка   97
    Облако   98
    Северный ветер   99
    Зимнее утро 100
    Зимний вечер 102
    Зимник 104

    Стихи о любви.

    Горничная Бури 109
    Бард 110
    Испанская песня о любви 111
    любовь 113
    Ревность 114
    В альбоме 116
    Пробуждение 117
    Элегия 119
    Первая любовь 120
    Элегия 121
    Сожженное письмо 122
    «Не пой, красавица» 123
    Знаки 124
    Предчувствие 125
    «Напрасно, дорогой друг» 127
    Долг любви 128
    Вызов 130
    Элегия 132
    Печаль 133
    Отчаяние 134
    Желание 135
    Безропотная любовь 136
    [стр. 6] Любовь и свобода 137
    Совсем нет 138
    Вдохновляющая любовь 139
    Грации 141

    Разные стихи.

    Птичка 145
    Соловей 146
    Цветочек 147
    Лошадь 148
    Крошке 150
    Поэт 151
    Поэту 153
    Три источника 154
    Задача 155
    Бессонница 156
    Вопросы 157
    Утешение 158
    Дружба 159
    Слава 160
    Ангел 161
    Тоска по дому 162
    Безумие 163
    Мысли о смерти 165
    Права 167
    Цыгане 168
    Делибаш 169

    Примечания 171


    [стр. 9]

    Предисловие: библиографическое.

    1. Текст, который я использовал для следующих переводов, принадлежит издание полного собрания сочинений Пушкина в десяти томах, 16мес., автор Суворин, СПб., 1887. Стихи составляют III тома. и IV. того издания. Соответственно, я обозначил после каждого заголовка том и страница, на которой стихотворение находится в оригинале. Таким образом, например, «Моя муза, IV. 1» означает, что это стихотворение находится в томе IV. вышеуказанного издания, стр. 1.

    2. Я перевел Пушкина буквально слово в слово, строчка в строчку. я не верьте, что существует целых пять примеров отклонения от буквальность текста. Кажется, только один раз я переставил два строки для удобства перевода; остальные отклонения ( если они такие) замена и запятой, чтобы сделать то и дело чтение мюзикла. За этими исключениями я пожертвовали все к достоверности рендеринга. Мой объект был заставить самого Пушкина без суфлера говорить с английскими читателями. Заставить его таким образом говорить на чужом языке значило действительно поставить его в невыгодном положении; и музыка и ритм и гармония действительно прекрасны вещи, но истина еще лучше. Я хотел представить не то, что Пушкин сказал бы или [Pg 10] должен был сказать, если бы он написал по-английски: но то, что он говорит по-русски. Что, лишенный всех украшений его чудесная мелодия и изящество формы, как он есть в переводе, он до сих пор, даже на жестком английском языке, успокаивает и волнует, сам по себе знак того, что через индивидуальную душу Пушкина воспевается то всеобщее душа, чьи звуки вечно взывают к человеку, в каком бы климате, под любое небо.

    3. Поэтому я не прошу ни прощения, ни даже снисхождения от читателя за грубость и даже резкость перевода, которых, осмелюсь сказать, найдут в избытке те, кто ищет что-то винить. Ничего подобного не нужно. я сделал единственное, что нужно было сделать. Ничего больше нельзя было сделать (имею в виду мной, конечно), и если критики все еще требуют большего, они должны согласиться не со мной, а с Господом Всемогущим, Который в своем мрачном, но лукавом образом, задолго до того, как на сцену вышли критики, предопределил, что невозможно, чтобы вещь была и не была одновременно.

    4. Поэтому я не старался ни для меры, ни для рифмы. Что я сделал вот что: я сначала перевел каждую строчку дословно, а тогда, читая его вслух, пусть мое ухо расставит слова таким образом, способ, как сделать какой-то ритм. Где это можно было сделать, я был действительно рад; где этого нельзя было сделать, мне не было жалко. он простаивает сожалеть о невозможном.

    5. Чтобы читатель, однако, мог сам увидеть, чем он был Избавленный моим воздержанием от попыток невозможного, я даю одна строфа метрического перевода рядом с буквальным рендеринг:—

    [стр. 11]

    ЛИТЕРАТУРА:

    Момент чудесный я помню
    Ты явился предо мною,
    Как мигающий призрак,
    Как дух красоты чистый.

    МЕТРИЧЕСКАЯ:[1]

    Да! Я хорошо помню нашу встречу,
    Когда ты впервые предстал передо мной, 90 956 Как какой-то прекрасный призрак мимо меня мимолетно,
    Какая-то нимфа чистоты и света.

    Заметьте, Пушкин реальный не предстает перед читателем с торжественное утверждение, да или нет, ни то, что он хорошо помнит . Он рассказывает историю таким образом, что читатель знает, не будучи рассказанным что он действительно хорошо это помнит! Он также не ослабляет эффект говоря, что он помнит встречу , которая слишком растянута, но момент , который сконцентрирован. И воображение Пушкина было к тому же слишком чистый, чтобы позволить мимолетный фантом рассвет при виде его. Иметь пытался для рендеринга, который требовался из-за его ограничений таких фальшивок, значило бы не только оклеветать бедного Пушкина, но кроме того, чтобы дать читателю плохую поэзию.

    [1] Журнал Блэквуда, lviii. 35 июля 1845 г.

    6. Поскольку перевод дословный, я смог сохранить даже пунктуации Пушкина и особенно его многоточий, из которых он делает такое частое использование. Они являются частью его искусства; они выражают чем они воздерживаются. Я обращаю на них особое внимание, как Пушкин мощный в том, что он указывает, как в том, что он показывает, в том, что он предлагает как в том, что он на самом деле говорит. Прекраснейший образец высочайшей поэзии из его тишина (обозначено точками) это стихотворение, которое я назвал «Ревность», к которой читатель особенно просит обратиться с этот мой комментарий (стр. 114). Поэт тает от нежности думал о своей возлюбленной, одинокой, далекой, плачущей. дьявольский его вдруг одолевает сомнение, что все-таки, может быть, его возлюбленная в этот момент не одна, оплакивая его, а в объятиях другого:—

    Одна … в губы никому она не поддается
    Ее плечи, ни влажные губы, ни белоснежные пальцы.
    . . . . . . . . . . . . . . . . .
    . . . . . . . . . . . . . . . . .
    Никто не достоин ее небесной любви.
    Разве это не так? Ты один. . . . Ты плачешь. . . .
    А я спокоен? . . . . . . .
    . . . . . . . . . . . .
    Но если . . . . . . .

    Нужно быть всем вибратором, чтобы оценить несравненную силу точки здесь. На этом стихотворение заканчивается. Я не знаю, как это во всем литература.

    7. Везде, где я мог установить дату стихотворения, я помещал его в конец. Таким образом, читатель с первого взгляда найдет по крайней мере одну из правильное отношение стихов к душе поэта. Для этого надо постоянно иметь в виду эти две даты: Пушкин родился в 1799; он умер в 1837 году.

    8. Многим своим стихам Пушкин не дал названия. К таким, для для удобства читателя я дал имена, но поместил их в скобки, которые, соответственно, следует понимать как указание на то, что название они заключают не пушкинские. Многие из его самых красивых стихов были адресованы отдельным лицам, и в оригинале они появляются как «Строки к ———». Жемчужина этой коллекции, например, к которой я название «Вдохновляющая любовь» — увы, недостаточно адекватное! в оригинале как «А. П. Керну». Поскольку ни в одном из этих стихотворений нет внутренняя связь с персонажами, к которым обращаются, само их величие лежащих в их универсальности, я снабдил их собственными названиями. пьес, давая оригинальное название в примечании.

    9. Я изначально хотел сделать жизнь поэта частью этого объем. Но так разнообразна была жизнь Пушкина и так поучительна, что только расширенная учетная запись может иметь ценность. Что стоит делать в все стоит сделать хорошо. Простой набросок здесь по разным причинам быть хуже, чем бесполезным. Критики, которые всегда лучше знают, что такое автор должен сделать, чем он сам, должен любезно принять это мое утверждение, пока, по крайней мере, на доверии и предполагаю, что я, сделавший некоторые размышления на эту тему, я, вероятно, знаю, о чем я говорю лучше чем те, чье единственное мнение состоит в том, что они не сделали ничего думая на эту тему, напоминая в этом отношении наших скромных друзей, агностики, выдающие себя за истинных, знающих решателей проблемы жизни, потому что, по правде говоря, они ничего не знают… Во всяком случае, даже рискуя обидеть критиков, я решил исказить тем, что не отдал жизнь Пушкину, чем исказить бедных Пушкин, давая утонченную, бессодержательную вещь, которая проходит под название «Эскиз». Мир судит о человеке по тому, что известно о его, забывая, что под тонкой пленкой известного скрывается безмерную бездну неведомого, и что истинное объяснение человек находится не в том, что видно о нем, а в том, что невидимо его. Если, следовательно, я не мог бы представить то, что известно о Пушкине. таким образом, чтобы предложить неизвестное (точно так же, как изучение природы должно только помочь нам поверить в то, что мы делаем не знать о Боге[Pg 14] тоже хорош!) Мне нечего рассказывать о его жизни. Но рассказать о так, чтобы он представлял Пушкина, а не искажал его, возможно только в расширенной жизни. В противном случае я должен быть рассказывая не о том, как он жил, а о том, как он голодал, умирал; и это не является назидательной задачей ни для писателя, ни для читателя.

    10. Такая жизнь теперь почти предписана, но слишком длинна, чтобы расстаться с ней. этого объема.

    [стр. 15]


    Введение: критический
    I. ПОЭТИЧЕСКИЙ ИДЕАЛ.

    1. Пушкин был подчеркнуто субъективным писателем. интенсивного чувствительность, которая является непременным условием творческого гений, он был прежде всего щупальцем с олиевой привязанностью. Он даже не потрудился заглянуть в его сердце в заказ писать. Так полно чувств было его сердце, что при малейшем вибрация излилась наружу; и так глубоко было его чувство, что то, что выливается уже расплавлено, сплавлено, оформлено, и приходят его стихи вперед, как Минерва из головы Юпитера, во всеоружии. Eсть совершенство в них, которое свидетельствует о себе в своей неизученности и бесхитростность; это совершенство ребенка, трогающее сердца его созерцатели тем нежнее из-за его бессознательности, легкость; это совершенство, которое имел в виду Иисус, когда произнес эту фразу, столь глубокую и малоизвестную из-за его [Pg 16] очень глубоко: «Если не будете как дети». Так спокойно и жизнерадостна поэзия Пушкина, что, несмотря на весь его пафос, его душа произведение архитектуры, произведение застывшей музыки в высочайшем смысл. Даже через его самую горькую агонию, — и пафос — единственный аккорд что никогда не отсутствует в песне Пушкина, как всегда присутствует в Струны Шопена, да, как всегда должны присутствовать в любой душе, которая правда жизней, — бежит мир, простота, которая делает читатель восклицает, читая его: ведь я мог бы сделать то же самое вещью себя, — наблюдение, сделанное при виде Рафаэля Мадонна, в молельне Филлипса, на чтении «Викария Уэйкфилда» в исполнении Бута. Такое искусство является высшим, и достигается только одним путем: спонтанность, полное забвение себя. Стих, над которым надо подумать, лучше не писать. мужчина должен стать только трубой, через которую будет течь Дух; и Дух должен течь только там, где сопротивление наименьшее. Открой дверь, и бог войдет! Не ищите, не молитесь! Молиться значит хотеть и будет препятствовать. Добродетель, которую Эмерсон так высоко ценит в трубка — то, что она гладкая и полая — это та самая добродетель, которая делает его как Природа, вечно открытая, но вечно запечатанная книга. Принесите ему ваш теории, ваших предвзятых представлений, а Эмерсон, как великая душа голосом которого он является, становится неразборчивым, сбивающим с толку, хаотичным. Слова есть; глаза видят их. Словарь под рукой, но ничего не помогает; понимания нет. Но однажды отказаться от воли, однажды отказаться от себя, однажды отказаться от мнения (гораздо труднее отказаться от этого, чем любой!), а Эмерсон сделан из стекла, как и когда я брошу моя логика, Бог становится достаточно прозрачным. … И что верно для Эмерсона, верно для каждой великой души.

    2. Высшее искусство тогда есть бесхитростность, бессознательность. Верно художник — не задумщик, дизайнер, исполнитель, а инструмент, регистратор, репортер. Он пишет, потому что писать должен, так же, как он дышит, потому что дышать он должен. И здесь тоже Природа, как в другом месте указал истинный метод. Наиболее жизненно важные процессы жизнь не вольная, сознательная, а непроизвольная, бессознательный. Кровь циркулирует, сердце бьется, легкие наполняются, нервы вибрируют; перевариваем, засыпаем, шевелимся любить, с трепетом, с почтением, без нашей воли; и наш самый высокий наши стремления, наши самые сладкие воспоминания, наши самые радостные надежды и, увы! и наши самые горькие самоупреки, приходят всегда, как друзья в пир — незваный. Вы можете быть счастливы, благословлены по желанию? Не верьте! Счастье, блаженство пожелал ни в коем случае нельзя иметь на рынке цитата. Его нельзя получить. Это приходит. И это приходит, когда меньше всего завещал. Воистину богат тот, кому нечего лишать, нечего осталось просить, нечего желать….

    3. Следовательно, Пушкин был не в состоянии дать отчет о себе. поэзия. Пушкин не мог бы дать теорию ни одного своего стихотворения, как По дал своего «Ворона». Рассказ По о рождении «The «Ворон» — действительно самое восхитительное чтение. «Я же говорил вам» — это не так голос тщеславия, «Я знал лучше, чем ты!» но голос эпикурейца в нас; большинству из нас доставляет удовольствие обнаружить после события, что мы знали все это раньше… Восхитительно, затем действительно следует прочитать теорию По о его собственном «Вороне»; но это самое восхитительное в том, что эта теория является большей фикцией, чем само стихотворение. Поэма создала теорию, а не теория стихотворения. И Пушкин не мог сделать того, что сделал Шиллер: дать собственную теорию драмы. Теория Дона Карлоса в ее развитии в письмах Шиллера об этой пьесе [стр. 19] написаны не Фридрихом Шиллером поэт, любимец немецкой земли, вдохновитель молодежи все земли, кроме господина фон Шиллера профессора; фон Шиллер кантианский метафизик; критик фон Шиллер; другим Шиллером, короче говоря. Пушкину, однако, в отличие от большинства из нас, было не полдюжины предки — бог, зверь, мудрец, дурак — в одном лице, каждый на время объявляя его своим. Пушкин был по существу единым целым, одним голосом; он была лира, на которой что-то, а не он — Боже! — незримо играл.

    4. И это он бессознательно для себя выражает в пьесе «Моя Муза.»

    «От мамы до ночи в немой тени дуба
    Я прислушался к учительским намерениям странной служанки;
    И щедрой наградой меня радуя,
    Отбросив кудри со лба дорогая,
    Из моих рук флейту сама взяла.
    Теперь наполненный лес был божественным дыханием
    И сердце наполнилось святым очарованием.»

    Перед этими строками стоит великий русский критик Белинский благоговение. И хорошо он может; ибо в русском такая мягкость, плавность, простота, гармония и, прежде всего, искренность, не были видели до Пушкина. И хотя в переводе все только мысль теряется, я тоже как сейчас перечитал на этом благословенное воскресное утро (и колокол, созывающий[Pg 20] людей на поклонение великий Бог еще звенит!), я тоже чувствую, что еще до это солнце, хотя и лишенное своих лучей, я все еще в священном присутствии. Ибо дух независим от языка, независим от формы; к наполненный богом душой лист не менее прекрасен, чем цветок. Различие, различие — это только знак того, что мы все еще отстранены. от целого; что мы еще только половина ; что мы еще не мы сами, что мы все еще, короче говоря, скучаем по благословенному ОДНОМУ. К наполненная богом душа песчинка не менее прекрасна, чем алмаз; дух прорывает кору (и слова и формы есть, увы, только это!), и узнаёт, что это такое, где найдёт, под какой бы маскировкой. Ботаник ценит сорняк так же высоко, как цвет и справедливость, потому что он не ищет удовлетворения глаза, а дух. Глаз радуется разнообразию, дух с единством. А ботаник ищет единства, целого, божественного в растение. И это было прекрасное понимание — мнение Эмерсона: что дерево всего лишь укоренившийся человек, лошадь — бегущий человек, рыба — плавающий человек, а птица летающий человек. Логичный, практичный судья Верховного суда, с одним глаз на затылке, действительно объявляет такие высказывания безумными, и презрительно смеется: «Я не читаю Эмерсона, мои девушки читают!» то же самое десятилетие приносит Дарвина или Геккеля с его сравнительным эмбрионы; и при виде этих, даже не адвокат, будь он хоть начальником Судья Верховного суда может различать змею, птицу, собаку и человек.

    [2] Иеремия Мейсон.

    5. Со временем, однако, Пушкин становится к себе объективным, как всякий истинная душа, которая обязана размышлять, должна рано или поздно; и Бог когда-либо следит за тем, чтобы душа была вынуждена задуматься, если есть что-нибудь в пределах. Ибо суть человеческой жизни в том, что душа борется; Это суть роста в том, что он подталкивает вверх; это суть прогресс в ходьбе, что мы падение вперед. Жизнь — это битва, битва с силами тьмы; битва с болезнями сомнений, отчаяние, своеволие. И отражение — это симптом того, что болезнь на душе, что битва должна продолжаться.

    6. Тогда Пушкин становится во времени объективным и созерцает сам. Пушкин-мужчина осматривает Пушкина в душе, и в стихотворении, «Моему памятнику», — дает он себе оценку: —

    .

    «Памятник нерукотворный воздвиг я себе;
    Путь к нему протоптан, не зарастет;
    Поднялся он выше с непоколебимой головой
    [Pg 22] Чем памятник Александру.

    Нет! не весь я умру! моя душа в священной лире
    Выживет ли мой прах и избежит ли уничтожения —
    И славой я буду, пока на земле подлунная
    По крайней мере, один живой бард должен остаться.

    «Мое имя будет путешествовать по всей России великой
    И там произнесет имя Мое всякий живой язык:
    . . . . . . . . . . . . . . .
    И долго я буду дорог нации.»

    Обратите внимание на природное благородство человека. Есть героический сознание собственного достоинства, которое посрамляет всякую болтовню тщеславие и самосознание — порок, нескромность. Здесь Кроме того, Эмерсон подает прекрасный пример, не стесняясь говорить о своем собственные эссе о любви и дружбе как «прекрасные лирические мелодии», требуется некоторый баланс более грубыми тонами на Prudence и тому подобное. Этот то самое героическое сознание собственного достоинства, которое делает Сократ предлагает в качестве истинной награды за свои заслуги перед государством бесплатную развлечения в Пританиуме. Это та самая мужественность, которая в Наполеон упрекает торговца генеалогией, который делает его потомком Карл Великий с замечанием: «Я сам себе родословная». Это, в общем, ту же мужественность, которая заставила Иисуса смело заявить: «Я есмь Путь, Я есмь Жизнь, Я есмь Свет», несмотря на опасность, которую «Иерусалим Рекламодатель» и «Сионская нация» могли бы заклеймить его как[Pg 23] «восхитительно тщеславный». Это признание собственного достоинства есть, в сущности, высочайшее благоговение перед Богом; поскольку я ценю себя, а не потому, что моего тела, что у меня общего с животными, но из-за моего дух, который я имею общего с Богом; и мудрецы когда-либо пели, услышав, как превозносят их собственные заслуги, Не нам, не нам! Есть никаких заслуг в этом вопросе; Бог либо есть, либо его нет….

    7. Пушкин, стало быть, даже с учетом этого не столько сознательный будет, как бессознательный голос. Он не столько индивидуальный певец, как звук музыки сфер; а он человек, т. оригинальным голосом, только постольку, поскольку он прицепил свой фургон к звезде. В его заброшенности — его величие; в его саморазрушении, его прочность.

    «Веление Бога, о Муза, повинуйся.
    Не бойся обиды, не проси короны:
    хвалить и обвинять с безразличием
    И не спорь с дураком!»

    «И не спорь с дураком!» Пророк никогда не спорит; это для него только утвердить. Аргумент в основе всего лишь отсутствие доверия в моей собственной правде. Жена Цезаря должна быть вне подозрений: и нести непонимание в тишине, — это должно быть здорово. Отсюда благороднейший[Pg 24] Моментом в жизни Кеплера было не открытие планеты, а когда он обнаружил, что если бы Бог мог ждать шесть тысяч лет для понимание человеком одной из его старлеток, он конечно мог подождать несколько коротких лет для его признания его ближними. Бог это большое непонимание, и он — никогда не спорит. В жизни моей правды в молчание, без аргументов, хотя и неправильно понятое, я не только показываю моя вера в это, но доказать это самой моей силой. Если меня поймут, больше ничего не нужно говорить; если меня не понимают, больше ничего не может быть сказал. Пушкин поэтому часто плачет, рыдает, стонет. Он временами даже поиски, вопросы, сомнения, отчаяния; но он никогда не спорит. Широкая спина Пегаса, и крепко крыло его, но ни спина, ни его крылья позволят ему парить над рифмованным спорщиком. Не раньше логик взбирается на небесного коня, чем его крылья опускаются, и оба всадник и конь быстро погружаются в бездну безумия. Меланхолия, Действительно, разве вид денди, одетого для вечеринки, неожиданно промокший под душем; скорбен взгляд государственного деятеля, обращенный политик перед выборами; и жалко зрелище поэт-производитель, который вытачивает из себя свою повседневную задачу сто строк, как молочник выжимает из ежедневной банки молока от коровы. Но всего жалко, безмерно жалко мне то, вид капризного логика, покинувшего свой ничтожный мир, и берется за кувыркающийся стих. Бард действительно слишком звал, но точно не к тому.

    8. Утвердить то барда зовут, а то что в «Моем памятнике» есть но намекает, становится ясным, выразительное высказывание в пушкинском «Сонете к Поэт.»

    «Поэт, не народные аплодисменты ты ценишь!
    Из восторженных похвал пройдет мгновенный шум;
    Суд дурака ты услышишь и холодный смех толпы —
    Спокойно стойте, и будьте тверды, и — трезвитесь!

    «Ты король: живи один. На свободной дороге
    Иди, куда тянет твой дух свободный:
    Вечно созревают плоды любимых мыслей,
    Никогда не требовательна награда за благородные дела.

    «В себе ищи награду. Ты сам высший суд;
    Суровый судья, твои собственные дела не могут быть измерены.
    Доволен ли ты, о привередливый мастер?
    Содержание? Тогда пусть ругает толпа,
    И плюнь на жертвенник, где пылает твой огонь.
    Твой треножник в детской шаловливости пусть качается».0956

    Но поскольку бард призван утверждать, вдохновлять, служить , он также призваны носить. Чтобы стать прекрасным изображением, мрамор должен быть обрезанным и разрезанным; виноградная лоза, чтобы приносить более сладкие плоды, должна быть обрезана, а душа должна пройти боевое крещение… Рост, прогресс Таким образом, всегда происходит отбрасывание старого «я», и Scheiden thut weh . Отстраненность причиняет боль. Новое рождение может произойти только среди агонии. Отсюда следующие строки Пушкина о поэте:—

    … Не успело небесное слово
    Его острый слух достиг,
    Тогда трепещет душа певицы
    Как проснувшийся орел.

    «Мирские развлечения теперь утомляют его
    И сплетен смертных теперь он сторонится.
    . . . . . . . . . .
    Дикий и стеблевой тростник он
    Шум полный и звук
    К берегам пустынной волны
    В дико шепчущий лес.»

    9. Это пока только различение, которое должен страдать бард; мало-помалу приходит также исполнение, признание мудрости печали, а вместе с ней и радостное ее принятие в стихотворении Пророк. »

    «И вырвал мой грешный язык
    . . . . . . . . . .
    И он разрезал мечом мою грудь
    И он забрал мое трепещущее сердце
    И уголь с мерцающим пламенем
    В открытую грудь он сунул.
    Как труп я лежал в пустыне.
    И Голос Божий воззвал ко мне:
    Встань, пророк, и слушай, и веди.
    Будь наполнен моей волей
    И по суше и по морю
    Зажги словом сердца людей!»

    «Будь исполнен моей воли!» Его идеал начался с отказа от своеволие; это закончилось полной капитуляцией своеволия. Когда у нас есть сделали все мысли и планирование и взвешивание, и гордимся собой после наша мудрость, мы еще не мудры. Остался еще один шаг взято, без которого мы только можем избежать зла; с которым, однако, мы обязательно наткнемся на право. Мы должны еще сказать: Научи нас, Ты, слить нашу волю с Твоей…

    [стр. 28]


    II. ВНУТРЕННЯЯ ЖИЗНЬ.

    10. Я уже говорил, что Пушкин — субъективный писатель. великие чувствующие должны всегда быть такими, точно так же, как великие мыслители должны всегда будьте объективны, как могут быть объективны только выдающиеся зрители. Для глаз смотрит только на внешнее; причина смотрит только на внешний эффект, следствие; но сердце смотрит не только на вещь, а ее рефлексия на себя, на ее нравственное отношение, короче говоря. Отсюда субъективность Толстого, Байрона, Руссо, Жан-Поль, Гёте, который не становится объективным, пока не перестает быть чувствующим, а становится понимающим, понимающим, провидец, наготове Гёте. Марк Аврелий, Паскаль, Амиэль, посмотрите в сердца их и напиши; и Карлайл и Раскин, хотя прежние используют «Ты» вместо «я», они никогда не путешествуют так далеко, до сих пор найти их старое «я», улыбающееся рядом с ними. Но субъективность Пушкин, в отличие от Уолта Уитмена, не только не навязчив, но и оно даже отрадно, — ибо рисует не того Пушкина, что есть. отличный от всех людей, но тот Пушкин, что в общении со всеми другими мужчинами; поэтому он, сообщая о себе, озвучивает опыт его товарищей, которые, хотя и глубоко его чувствовали, но не в состоянии дать ему язык. Именно это делает Пушкина поэтом. в своем первоначальном смысле — создатель, говорящий, именующий. И здесь его величие, — выражая не то, что принадлежит ему, а постольку, поскольку оно отличается от того, что у других людей, но что есть у него, потому что это у других мужчин так же. Вот что делает его гениальным человеком. За что делает гений?

    11. Что делает воду, изливающуюся ровным потоком? струя из шланга, такая мощность? Что делает красоту стебля и изгиба водоема, когда он выпрыгивает из фонтан? Это та же самая вода, которую мы видим в нескольких ярдах позади. течет бесцельно в ручье или пруду. Да, но это концентрация незакрепленных элементов в гармоничную форму, будь то для полезности, как в случае с носиком, или для красоты, как в случае с фонтан. Ничего нового не добавлено в масса существующих ранее. Это именно случай гениальности. Он ничего не добавляет к тому, что было раньше его. Он просто упорядочивает, формулирует. Огромная неорганизованная масса[Pg 30] разум, устремление, чувство распространяются по всему человечеству. Вскоре он ищет организацию. Приходит поэт, пророк, провидец, и вот, он становится магнитом, вокруг которого вся духовная сила время группируется в видимой форме, в сформулированном языке.

    12. Итак, Пушкин эгоцентричен; но это я, которого нет Пушкин, но человек. Его настроение — это настроение других; и в пении его жизни, он поет о жизни всех людей. Демон, о котором он поет в стихотворении называется «Мой Демон» не столько его один демон, сколько и твой, мой, наш. Это его демон, потому что это демон всех людей.

    «Некий злой дух то
    Начали тайно меня навещать.
    Тяжелы были наши встречи, 90 956 Его улыбка и его чудесный взгляд,
    Его речи, такие язвительные, 90 956 Холодный яд влился в мою душу.
    Провидение с клеветой
    Неисчерпаемый он искушал;
    О красоте как о сне он говорил
    И вдохновение он презирал;
    Ни любви, ни свободе доверял он,
    На жизнь с презрением смотрел —
    И ничего во всей природе
    Благословить, чего он когда-либо желал. »

    И этот демон — «Дух Отрицания, Дух Сомнения» — которого он поет потом[Pg 31] так патетически мучили его долго. Он начал с «Вопросы:» —

    «Бесполезный подарок, случайный подарок,
    Жизнь, зачем ты дана мне?
    Или почему по судьбе таинственный
    На пытки ты обречен?

    «Кто с враждебной мне силой
    Аут позвал из ничего?
    Кто мою душу страстью затрепетал,
    Кого наполнил мой дух сомнением?…»

    И продолжает «Бессонница:»—

    «Я не могу спать, у меня нет света;
    Темнота вокруг меня, и сон медленный;
    Бит монотонный в одиночестве
    Рядом со мной часов слышно
    О Судьбе женский лепет,
    Спящая ночь дрожь,
    Жизни мышиной беготни,—
    Зачем ты тревожишь меня?
    Что ты, о скучный шепот?
    Упреки, или ропот
    Дня, потраченного мною зря?
    Что ты хочешь от меня?
    Ты зовешь или пророчествуешь?
    Тебя я хочу понять,
    Твой неясный язык я сейчас изучаю. »

    13. И этот демон не дает ему покоя, даже спустя долгое время после того, как он нашел ответ — что смысл Жизни в Работе . Решать проблему жизни? Живи , и ты ее решишь; а жить значит делать. Но это работа была решением жизненной проблемы, которую он действительно разглядел, но смутно. Это было у него еще не осознанное исполнение. Он еще не сформулировал для себя евангелие, которому он бессознательно повиновался. Следовательно колебание «Задачи:» —

    «Настал долгожданный момент. Завершена моя давняя задача.
    Отчего же тогда печаль странная меня тревожит тайком?
    Моя задача выполнена, как ненужный наемник, я стою,
    Моя зарплата в руке, к другой задаче незнакомец?
    Или мою задачу жалею я, ночного товарища молчаливого моего,
    Друг Золотой Авроры, друг моих священных домашних богов?»

    14. И по той же причине, когда он перестал быть бродягой и на в последний раз устроились в тихой домашней жизни, память о былых днях все еще вызывает у него угрызения совести; и при виде цыган, чьи свободные и легкая жизнь когда-то серьезно занимала его мысли, не только для того, чтобы воспеть их, но чтобы жить с ними, только жалобная нота вырывается из его душа:—

    «Приветствую тебя, счастливая раса!
    Я узнаю твое пламя,
    Я сам в другое время
    Эти палатки последовали бы за ними.

    «С ранними лучами завтра
    Исчезнет след твоей свободы,
    Идти ты будешь — но не с тобой
    [Pg 33] Дольше будет идти твой бард.

    «Он увы, переодевание,
    И шалости былых дней
    Забыл про сельский комфорт
    И для тишины дома.»

    15. И это тоже, когда эти самые «деревенские удобства» он теперь жалеет взяли в обмен на свои скитания были сами обстоятельства он вздохнул, потому что когда он вел свободную жизнь, он теперь завидует цыганам за. Ибо вот что он тогда пел:

    «Может быть, недолго мне суждено
    В изгнании мирным остаться,
    О дорогих былых днях, чтобы вздохнуть 90 956 И деревенская муза в тишине
    С духом спокойной, чтобы преследовать.

    «Но даже далеко, на чужбине
    В мыслях вечно бродить я буду
    Вокруг шахты Тримаунтин:
    По лугам, по реке, по ее холмам,
    У сада, липы, возле дома.»

    16. Неудивительно поэтому, что демон, потревожив поэта беспокойная душа, должен теперь расстроить его мыслительные способности с сожалением. Ибо сожаление есть, в сущности, болезнь, неспособность понимают, что лучший способ исправить однажды причиненный вред — это не оплакивать прошлое, а в борьбе за будущее; в каком будущем большая часть прошлое можно было отменить; или если это не могло быть отменено, по крайней мере, это можно было [Pg 34] предотвратить заражение своим трупом жизни будущее. И его сожаление достаточно горько. В первом из двух стихотворениях «Сожаление» и «Воспоминание», чувство снова пока только проницательность; а во втором яд уже вошел в его души, и соответственно это уже не песня, а крик агонии…

    Сначала это только—

    «Но где же вы, о моменты нежные
    О юных моих надеждах, о душевном спокойствии?
    Прежний зной и благодать вдохновения?
    Приди снова, о весенние годы мои!»

    Но позже становится—

    «Предо мной память в тишине
    Его длинный рулон разворачивается,
    И с отвращением мою жизнь читаю
    Я трепещу и проклинаю его.
    Горько стону, и горько слезы проливаю
    Но смыть линии горя я не могу.
    В лени, в бессмысленных пиршествах,
    В безумии разорительной лицензии,
    В рабстве, бедности и бездомных пустынях
    Там я вижу свои потраченные впустую годы…»

    17. Сожаление само по себе болезнь, но только интеллекта, вскоре переходит в более сильную болезнь: в болезнь конституция, которая есть страх, боязнь безумия. В обычных умах таких болезнь принимает форму страха за будущее, тревоги за существование; в неординарных умах оно принимает более ужасные формы — недоверие к друзей, и страх перед тесными объятиями того, что уже тянется выпускает свои когти за душой — безумие.

    Отсюда —

    «Дай Бог мне не сойти с ума:
    Нет, лучше палка и нищенский мешок;
    Нет, лучше тяжкий труд и голод нести.
    . . . . . . . . . .
    Если сойти с ума однажды,
    Ужас, как мор, 90 956 И теперь ты будешь заперт.

    «На цепь тебя, дурак, привяжут
    А через ворота цирковой зверь,
    Тебе на крапиву народ пришел.

    «А ночью не услышу я
    Чистый голос соловья
    Ни глухой звук леса,

    «Но крики одних товарищей моих
    И бранятся стражи ночи
    И свист, цепей звон.»

    18. То, что мысли о смерти должны теперь быть его спутниками, только должно быть ожидал. Но и здесь его муза явно воспевает себя в обоих стадии — стадия различения и стадия исполнения. в первое из двух стихотворений, «Элегия» и «Мысли о смерти», он только думает смерти; во втором он уже жаждет для него.

    [стр. 36]

    В первом это только—

    «Мои желания, чтобы я выжил,
    Мои амбиции я перерос!
    Остался только мой смарт,
    Плод пустоты сердца.

    «Под бурей жестокой Судьбы
    Отцвела моя цветущая крона!
    Грустно живу и одиноко,
    И подожди: близок ли мой конец?»

    А вот во втором уже становится —

    «Броду ли я по шумным улицам
    Вхожу ли я в народный храм,
    Сижу ли я бездумной юностью,
    Не дают покоя мои мысли мне повсюду.

    «Говорю, Быстро идут года по:
    Как ни велико наше число сейчас,
    Должны все спуститься в вечные своды,—
    Уже пробил чей-то час.
    . . . . . . . . . .

    «Каждый год таким образом, каждый день
    Со смертью я присоединяюсь к мысли
    Грядущей смерти день
    Я ищу среди них угадывать.»

    19. Пушкин умер молодым; что бы он вовремя победил своего демона есть все основания полагать, хотя тот факт, что он еще не покорил его в возрасте тридцати восьми лет, должен показать потрясающую сила плохой крови, и еще худшее обстоятельство, которые в совокупности заставили демон Пушкина. Но он уже показывает признаки того, что видел земля обетованная.

    [стр. 37]

    В трех стихотворениях: «Воскресение», «Птичка» (IV, 133) и «Утешение», первое показывает, что он победил болезнь сожаления; второе, что он уже нашел в любви какое-то утешение для печаль. А третий показывает, что он уже нащупал путь хотя бы к какой-то мир, хотя бы еще не вера в будущее, а только надеяться. Ибо надежда еще не знание; он только верит, что будущее будет хорошо. Вера знает, что будущее должно быть хорошим, потому что это в руках Бога, Добра.

    В первом это—

    «Так исчезают и мои недостатки 90 956 От моей утомленной души
    И снова в нем поднимаются видения
    Из моих ранних чистых дней.»

    Во втором —

    «А теперь и у меня есть утешение:
    Поэтому ропщите на Бога моего
    Когда хоть одному живому существу
    Я мог бы из свободы сделать подарок?»

    И, наконец, —

    «В будущем живет сердце:
    Действительно ли настоящее печально?
    «Еще мгновение, все пройдет…»

    Это есть утешительное изречение, но еще не высочайшее; и возвышеннейшая духовная песня, песня Псалмопевца, не была дана Пушкин петь.


    [стр. 38]

    III. ОБЩИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ.

    20. Я перевел стихи Пушкина не столько потому, что они являются шедеврами русской литературы, так как я думаю, что Английской читающей публике есть чему у него поучиться. английская литература уже благословлен шедеврами, которые, если бы только читатели довольствоваться их изучением ради того, что они могут передать (не забавляться!), даст достаточно работы, а также развлечения за все время, которое рядовой читатель может уделить литературе. Чтобы просто ради того, чтобы сделать новую красоту доступной для английских читателей, вряд ли стоит выходить из английской литературы и тащить из-за Атлантики бедный Пушкин, как новый зверь в цирке для восхищения. Стремление к новизне имеет место в человеческой природе. но не как самоцель. В качестве литературного метода можно найти похвально для редактора журнала, высшая цель которого — следовать Стандарт публики даже он не уважает. Это может быть найдено похвально в талантливом авторе, которому хлеб дороже его гениальность, так что он готов пожертвовать одним ради другого; но неопытный автор, который еще не научился мудрости (или это благоразумие просто?) от горьких литературных разочарований, хранить для каждой серьезной, устремленной души, — такой автор, говорю я, — должен не следует ожидать, что он сделает простой новизной мотивом для серьезной работы. Более того, вывод, к которому пришел Паскаль в возрасте двадцати шести лет, что на самом деле только одна книга, которая для искренней души достаточно для чтения на всю жизнь, а именно Библию, — экстравагантное Хоть этот звук, я готов, после долгих лет раздумий над этим высказывание Паскаля, под которым можно подписаться даже в возрасте шести многолетний опыт вдобавок к его… Читать много, но не много книги, это старая мудрость, но всегда новая. Литературный шедевр должен быть читать не раз, не два и не три, а множество раз. литературный шедевр должен, как настоящая любовь, дорожать с общением. А литературный шедевр следует читать и перечитывать, пока он не станет часть нашей плоти и циркулирует в нашей крови до тех пор, пока она не станет чистой, возвышенность, его мудрость проявляются в каждом нашем деле. Это это преданность одной книге, которая сделала пуритан такого героического образца; они кормил одной книгой, пока они не заговорили, не пошли и не прожили свою жизнь. духовная пища. Если кто-нибудь подумает, что эта оценка влияния одного великая книга преувеличена, пусть попробует прожить одну неделю подряд полностью в духе одной книги, которая для него книга (я не будет ссориться с ним, если вместо святого Матфея будет Смайлс, или «Опыт о народонаселении» Мальтуса вместо Евангелия от Иоанна, или даже наше современное реалистическое евангелие грязи), и пусть увидит, что будет исходи из этого.

    21. Шекспир, Мильтон, Карлайл, Раскин, Эмерсон, Скотт, Голдсмит, Ирвинг, Джонсон, Аддисон создают библиотеку, которой действительно достаточно для срок жизни любого того, кто серьезно относится к жизни и приходит к этим господа, не как тщеславный господин, ожидающий забавы, — как судья, словом, — но как нищий, смиренный ученик, надеющийся унести от них не щекотка удовольствия, а живительная пища. Чтобы сделать букв источником развлечения, все равно, что копать железо с лопата из золота. Развлечение действительно часто необходимо, так же как поджаривание яйца часто необходимы; но кто поедет на вулкан ради ради жарки яиц? Нет, мастера в письмах не отправляются нас для нашего развлечения; они посланы к нам, чтобы дать один ответ на каждого из нас, что с риском для жизни мы должны рано или поздно получить, — ответ на вопрос: как нам жить, чтобы быть достойными той искры с небес, которая дана нам, чтобы сохранить жизнь для короткие годы жизни на земле? Таким образом, великие мастера вдохновители; и Бог всегда следит за тем, чтобы было достаточно вдохновителей, если мужчин, но следите за тем, чтобы было достаточно вдохновения.

    22. Но из миллионов англоязычных читателей, которые сегодня усваивает шедевры английской литературы? Приходят поколения, и поколения идут. Писатели-классики сохраняют свою репутацию; но делай они держат своих читателей? Читатели держатся мастеров? Не на общественный вкус влияют господа, а не первоклассные писатели, не гиганты; но пигмеи, миньоны, люди второго, пятого, двадцатый ранг. Если кто-нибудь сочтет меня экстравагантным, пусть бросит взгляд из его открыть глаз на наши ежемесячные обзоры и журналы, оба здесь и в Англии, особенно те, обращение которых достигает сотни тысяч….

    23. Тогда нет, потому что дополнительных шедевров нужны для пробуждения наш выродившийся литературный вкус перевел я Пушкина. Пока литературных редакторов (которые, от самого факта того, что когда-то имели ухо общественность, станьте управителями голодных ) настаивайте на [Pg 42] кормлении ее Роуз, и Кроуфорды, и Хаггарды, и Стивенсоны, и остальные, не только новые шедевры, но и старые будут остаются непрочитанными. Библия лежит на столе в гостиной (если она вообще туда попадет!) не прочитано; Мильтон действительно лежит в прекрасном переплете, но его нужно стереть один раз. неделя; а с Эмерсона даже пыль смахивать не надо, он еще не дошел до как украшение стола в гостиной.

    Но я перевел Пушкина, потому что считаю, что и мастера английской литературы имеют дефекты, являющиеся частью английской персонаж; и как таковые они должны снова появиться в его литературе. И это против них стихи Пушкина предлагают здоровое средство.

    24. Первая характеристика англо-саксонской расы состоит в том, что она раса болтунов; и судьбы двух самых передовых наций этой расы сегодня почти полностью управляются людьми, чья сила находится ни в голове, ни в воле, ни в сердце, а в язык. Но говорящего заботит только эффект момента. С в великом будущем ему почти нечего делать; поэтому он становится, прежде всего, все, резонер, громовержец, небесно-ракетный ослепитель. И однажды это, оратору все равно, убеждает он или нет; если он просто поражать слух, ослеплять глаза и ошеломлять самого слушателя момент, если, короче говоря, он произведет эффект , даже если он не желаемого эффекта , — по его собственной оценке, это хорошо для него. Таким образом, оратор вскоре превращается в простого ритора. И это риторическое качество, привлекательное только для поверхностного человека, и исходящий как бы только с поверхности человека, нигде не встречается в таком избытке, как в поэзии англо-саксонской расы. Орнамент, метафору необходимо иметь, и если ее нельзя получить спонтанно из пылкое воображение, которое одно является законным производителем метафоры, необходимо прибегнуть к искусственному звуку. Следовательно, вряд ли есть единственный поэт на английском языке, чей стиль не испорчен фальшивым метафора; это верно как для величайшего, так и для наименьшего. член парламента, почуявший крысу и увидевший, как она витает в воздухе пока не возникла опасность стать яблоком раздора для благородного члены Палаты представителей могли родиться только на британской земле. К ополчиться на море бед и обнаружить следы в пески времени, плывя по торжественной магистрали жизни (не менее пять ложных метафор в этом примере из Псалма Жизни!) это подвиги это может быть достигнуто воображением даже Шекспира или Лонгфелло исключительно потому, что это англосаксы. И я еще не видел пять последовательных страниц любого англо-саксонского поэта, свободных от этого литературного порок ложной метафоры! Я называю это пороком, потому что в основе неискренность воображения. Ложные метафоры — это не увиденные картинки, но картины составлены; они не являются спонтанными вспышками переполненное воображение, а отшлифованный продукт безобразной воли ради эффекта. И это я не постесняюсь назвать литературным неискренность, даже несмотря на то, что процесс их создания был бессознательным в время самому поэту.

    25. Великая заслуга Пушкина в том, что его воображение в высшей степени развито. спонтанный. Он редко использует прилагательные; но когда он их использует, он использует такие слова только в том случае, если они действительно что-то описывают. Он редко использует сравнения или метафоры, — он предпочитает воспевать сюжеты самих себя, а не того, на что они похожи; но когда он их использует, воображение читателя способно увидеть картину поэта в виду, что не часто верно для английских бардов. Примеры для сравнения бесчисленны; пусть несколько достаточно. Обратись к Пушкину. строки «Сожаление». Там он сожалеет о днях своей юности, но сначала рассказывает по контрасту, о чем не жалеет; и его стихотворение простой, прямолинейный. Однако Байрон в своих «Станцах для музыки» о которых каноник Фаррар подумал достаточно хорошо, чтобы поместить их в свой «С поэтов», и мистер Пэлгрейв считает, что достаточно хорош, чтобы быть допущенным в свою «Сокровищницу английской поэзии» считает необходимым предварить ее чем-то вроде философских замечаний, а затем переходит к этому мод: —

    «Тогда те немногие, чьи духи плывут над обломками счастья
    Изгнаны над отмелями вины или океаном излишеств:
    Магнит их курса исчез, или только указывает напрасно
    берег, до которого никогда не дотянется их дрожащий парус .

    «Тогда смертельный холод души пока сама смерть не сойдет;
    Он не может сочувствовать чужому горю, он не смеет мечтать о своем.
    Этот тяжелый холод застыл над фонтаном наших слез ,
    И хотя глаза могут еще сверкать, именно там появляется лед,

    «О, могу ли я чувствовать то, что я чувствовал, или быть тем, кем я был,
    Или плакать, как я когда-то плакал над многими исчезнувшими сценами, 90 956 Как источники в пустынях кажутся сладкими, хотя все они солоноватые,
    Так среди иссохшей пустыни жизни эти слезы текут ко мне.»

    [стр. 46]

    За столь фальшивой поэзией следует обратиться к «Сонетам» Шекспира. Среди писатели с истинным поэтическим чувством, каким действительно обладал Байрон, я знаю не подобные этому, кроме этих. Из этих двенадцати строк только первая две последние строфы истинные , войлочные; остальные сделаны. Как мы , не арабы, а англоговорящие люди, чтобы знать источники, которые найденные в пустынях кажутся ( делают они?) сладкими, хотя и солоноватыми? А также Байрон был поэтом! Но даже Байрон не может сделать трепещущий парус или холод души, которая смертна, или холод, который леденит над фонтан слез ничего, кроме словоблудия, и притом словоблудия которая вместо намеченной печали опасно вот-вот поднимет смех.

    26. Опять же, возьмите «Гимн ночи» Лонгфелло: —

    «Я слышал шлейф одежды ночи 90 956 Пронеситесь по ее мраморным залам!
    Я видел ее соболиные юбки со светлой бахромой
    С небесных стен.
    . . . . . . . . . .
    Из прохладных резервуаров полуночного воздуха,
    Мой дух выпил покой.»

    Такого, как этот, уже нельзя ходить даже к Шекспиру. Сонеты. Ибо Шекспир был еще поэтом. Теперь нужно идти к госпоже. Деланд, который даже не такой. Для наблюдения:

    [стр. 47]

    Ночь имеет залы, и залы эти мраморные залы; и это Мраморная Ночь не может оставаться дома и должна идти вперед, и соответственно, она ходит в полном платье, и ее одежды тянутся правильная милостивая зачистка. И бард не только соболиные юбки видит которые свисают бахромой, фосфоресцирующей при контакте с небесные стены из такого своеобразного мрамора, но он даже слышит шороху… И эти залы с уступчивой грацией превращаются в прохладные, глубокие цистерны, из которых, соответственно, бардовский дух с должным торжественность втягивает в широко раскрытый рот его духа глоток покоя.

    27. Перейдите от этого «Гимна ночи» из тридцати строк к трем строкам. Пушкина в его «Воспоминаниях», которые он один посвящает Ночи: —

    «Когда шумным днем ​​смертным тишина прирастает,
    И на безмолвных стенах города
    Ночная тень полупрозрачная лежит.»

    Мраморные залы и примыкающие одежды были выточены из пальцы писателя; полупрозрачная тень поэта пришел на поэт….

    28. После таких примеров убогости от настоящих гигантов типа Байрона и Лонгфелло бесспорно являются, я не постесняюсь спросить читателя в качестве последнего примера обратиться сначала к пушкинскому «Облаку», а потом читать Стихотворение Шелли на ту же тему: —

    «Несу светлый оттенок для листьев при укладке
    В своих полуденных мечтах
    . [Просто как листья уложены таким образом?]
    С моих крыльев сотрясается роса, пробуждающая 90 956 Сладкие бутоны каждый,
    Когда они качаются, чтобы отдохнуть на груди своей матери ,
    Когда она танцует на солнце. »

    (О, хорошо, моя Шелли! один танцует туда-сюда; нельзя танцевать в равномерное прямолинейное движение. Твоё воображение никогда не видело ЧТО картина! Крутись, кружись, мчись, — да, но танцуй ?)

    «Эта шаровая дева с белым огнем, нагруженным
    Кого смертные называют Луной
    Скользит, мерцая, над моим флисовым полом ,
    К полуночи дует ветерок;
    И где бы ни стучали ее невидимые ноги
    Которые слышат только ангелы
    Возможно, сломался уток крыши моей палатки,
    Звезды выглядывают за ней и вглядываются.»

    Кого не взволновал вид руноподобных, разорванных облаков в лунную ночь? Но кто, взглянув на эту благородную арку над головой в такой момент мог см. это как пол ?…

    29. Я называю это жалкой поэзией, хотя другие критики громогласно объявить «Облако» Шелли одним из шедевров английской язык. De gustibus non disputandum . Китайцам это нравится говорят, за черные зубы, а луковица носа считается большой красоты в некоторых частях Африки, а человеческая нога считается великим деликатесы некоторых островитян; но….

    30. И вторая характеристика англо-саксонской расы, которая, какой бы ценной она ни оказалась в практической жизни, она отражается бедствием в его поэзии является его неспособность оценить истинное чувство. Англосакс узнает сентиментальность, когда увидит ее. узнает болезненность, когда видит ее; но здоровое чувство которого это всего лишь болезни, которые он не в состоянии оценить до глубины где это станет частью его жизни. Следовательно, хотя Мальтус мог бы нигде не писал свой очерк о народонаселении, так как это действительно космополитическая книга, мальтузианское учение со всеми его смыслами и расшифровывается как мог вырасти только на британской земле; и хотя предостерегающий голос против опасностей сентиментальной благотворительности ( если есть действительно быть такой вещью, и если такой вещью, если предположить, что она существует, быть действительно опасным!) может быть поднят в любой земле, жесткой, холодной, почти зверская доктрина научного милосердия могла пустить корни только в Лондоне и расцветают во всей красе только в таком городе, как Бостон. Читатель заметит, что я не берусь здесь судить. Мальтузианская доктрина, научная благотворительность, жестокость любого рода могут быть необходимо, насколько я знаю. Очень много благонамеренных и добрых люди в трезвом уме решили, что это часто нужно. я Я лишь констатирую то, что мне кажется фактом. Для меня это самое меланхоличный факт; для других это может быть радостным фактом. Но будь радостным или меланхолии, этот факт объясняет, почему так мало чувств встречается среди англо-саксонских поэтов даже тогда, когда они чувствуют их страсти, и не рассуждай, как это обычно бывает с ними, о них или о том, что хуже того, сочиняйте надуманные сравнения о них. Проблески настроения время от времени, конечно, встречаются, но только время от времени. Нет, это не так часто Вордсворт поет такими чистыми мелодиями, как строки, —

    «Мое сердце подпрыгивает, когда я вижу
    Радуга в небе.»

    Нечасто Байрон затрагивает такие глубокие струны, как строки «В альбоме:» —

    «Как над холодным могильным камнем,
    Какое-то имя останавливает прохожего. »

    Но здесь Пушкин непревзойден. Нужно идти к Гейне, нужно отправиться в Уланд, к Гёте, чтобы найти себе подобных. И что Мастером его здесь делает тот факт, что его чувства выходят чистыми, что он выходит сплавленным. И это происходит таким образом, потому что оно происходит от глубины; и как таковой он должен найти отклик даже в англо-саксонской сердце, при условии, что оно еще не изъедено мальтузианским законом и научная благотворительность. Чувство Пушкина вызывает уважение даже там, где оно больше не находит отклика; и так как вид благородства будоражит здоровую душу к благородным делам, как вид красоты утончает взор, так что присутствие истинного чувства может только пробудить любое чувство уже спит внутри нас. Именно за подачу этого вопиющего дефекта в английских поэтов, что чтение Пушкина становится бесценным. я почти боюсь цитировать или сравнивать. О чувствах нельзя спорить; как и все остальное высшее, глубочайшее, как Бог, как любовь, она должна быть фетр . Там, где это понятно, ничего не нужно говорить; где его нет понял, ничего не могу сказать….

    31. И все же один пример осмелюсь привести. Пушкина «Вдохновляющая Любовь» и «Призрак восторга» Вордсворта посвящены одной и той же теме. Пушкин снова видит свою возлюбленную, а спустя годы —

    [стр. 52]

    «Восторженно бьется снова мое сердце,
    И восстали за это снова
    И почтение, и вдохновение
    И жизнь, и слезы, и любовь.»

    Вордсворт также получает более близкое представление о своем «Призраке Восторга»; а также это зрелище пробуждает в нем восторженные чувства:

    «И теперь я вижу безмятежным взором,
    Тот самый пульс машины

    При таком головотяпстве мне почти стыдно звонить внимание не на машину, у которой есть пульс, а на ту благородную женщину который, очищенный, осветленный в воображении теплом расплавленного сердце, может стать для поэта только машиной. А это поэт (самой сущностью которых должна быть чуткость, деликатность, настроение ) кто Мэтью Арнольд оценивает его как величайшего поэта со времен Шекспира.

    32. Я привел только один пример, хотя объем его вряд ли найдется. Английская поэзия, за исключением, может быть, поэзии Бернса, которая не приводит десятков примеров. Если я даю только один, это потому, что Я имею в виду львицу сопли, которая так умно отвечала, когда ее бранили. за рождение только одного детеныша….

    [стр. 53]

    33. Действительно, на английском языке есть один поэт, чьи страницы трепетать от сентиментальности, и кто, кроме того, исключительно свободен от этого литературный порок, который я назвал неискренностью воображения; в чистоте картин, по простоте чувств Голдсмит непревзойден в на любом языке, но Голдсмит не был англосаксом. И даже Маколея высокой похвалы «Путешественнику» было недостаточно, чтобы дать ему место авторитета среди читателей. Люди, прочитавшие « Путешественник» раз в год, так как такое владение на все времена должно быть читают рациональные читатели, очень мало.

    34. Из того, что я обозначил как первую характеристику Англо-саксонская раса — ее риторическое качество — порождает вторую, которая я обозначил как поверхностность чувства; с тех пор ритору не нужна глубина, а когда она нужна, то только на момент. И из этого же риторического качества вытекает третья характеристика английских писателей, проявляющаяся в литературе как порок. Я имею в виду их сравнительное отсутствие чувства формы, размеренностью, литературной умеренностью, словом, недостатком художественный смысл. Для архитектурных пропорций, с началом, серединой, и заканчиваются в правильном отношении, английские поэты мало уважают, и здесь Пушкин опять хозяин. В этом суть поэзии, то, что делает его непрозой , что оно интенсивно; но интенсивность производить свое действие должно быть недолгим. Продолжительный, как стимулятор, он перестает действовать. Следовательно, один из первых законов поэзии состоит в том, что изложение его сцен, эмоций, эпизодов, быть кратким. Против этого По праву, грехи в английской литературе среди ее мастеров бесчисленны. Возьмите, например, манеру, в которой Пушкин, с одной стороны, и Английские поэты, с другой стороны, обращаются с объектом, который когда-либо затрагивал мужчины с поэтическими эмоциями.

    35. Многие английские поэты пробовали свои голоса в пении. птиц; Линии Вордсворта к жаворонку, зеленой конопляной, Кукушка, произведение Шелли «Жаворонку», «Ода соловью» Китса, «Строки водоплавающих птиц» Брайанта в достаточной степени свидетельствуют о вдохновении что нежная птичка имеет для души человека. Теперь прочтите их в свет двадцати строк Пушкина под названием «Птичка». Только Брайант, это мне кажется, держится рядом с Пушкиным. Шелли и Китс длительны до усталости; а Вордсворт почти болезненно приручен. какая мысль или эмоцияпусть они всколыхнулись при виде птички подобен младенцу в пеленках влюбленного, но неопытного родителей, задохнувшихся в его обертке.

    36. Эту размеренность лучше всего проявляет Пушкин в своих повествовательных стихах. Его история ходов. Его «Делибаш» — лучший образец быстроты исполнение в сочетании с точностью мастерства. И яркость его рассказы в «Утопленнике», «Русалке» и «Казаке» должны не столько драматическому таланту, которым, несомненно, обладал Пушкин, сколько чувство меры, которое спасло его от перегруженности повествования ненужная деталь. «Элегия» Грея, например, несравненная по своей красоте, омрачен ненужным придатком самого юноши. Эта часть стихотворение кажется исправлен на «Люси Грей» Вордсворта, кажется, оправдывает Смелая метафора Голдсмита, ибо она тянет за собой удлиняющуюся цепь. каждый удалить. «Прелюдия» Лонгфелло, как и «Sartor Resartus», наиболее громоздкий аппарат для подготовки. Там поэт всегда готов сказать что-то, но почти не говорит даже в конце. И даже Теннисон, кто когда-то знал, что значит сохранять равновесие в такой дела, часто виновен в этом, просто собираясь сказать свое сказать.

    37. Вот три великих достоинства пушкинских стихов: они иметь искреннее воображение, а значит, чистый вкус; у них правда сентиментальность, что означает чистую глубину; они имеют истинную меру, что означает чистое искусство. У Пушкина гораздо больше достоинств, общих всем великим поэты; но об этих трех я счел необходимым поговорить подробно.


    [стр. 59]

    Стихи: Автобиографические.


    МОН ПОРТРЕТ.

    Х. 35.[1]


    Vous me requireez mon портрет,
    Прекрасная апрельская природа:
    Mon cher, il sera bientt fait,
    Quoique в миниатюре.

    Je sais un jeune polisson
    Encore в классах:
    Point sot, je le dis sans faon
    Et sans увядает гримасами.

    One, il ne fut de babillard,
    Ни доктор Сорбонны
    Plus ennuyeux et plus braillard
    [Pg 60]Que moi-mme en personne.

    Длинные трусы Ma taille celle des plus
    Elle n’est Point шторм;
    J’ai le teint frais, блондинки les cheveux,
    И ля тте букле.

    J’aime et le monde, et son fracas,
    Je hais la одиночество;
    J’abhorre et шумы et dbats,
    Et tant soit peu l’tude.

    Очки бальзамические,
    Et d’Aprs моя мысль
    Je dirais ce que j’aime encore,
    Si je n’tais au lyce.

    Апрель cela, mon cher ami,
    L’on peut me reconnatre:
    Уи! tel que le bon dieu me fit,
    Je veux toujours paratre.

    Врай демон для эпиляции,
    Vrai singe par sa mine,
    Beaucoup et trop d’tourderie,—
    Ma foi — вуаль, Пушкин.

    [1] См. предисловие, 1.

    [стр. 61]

    МОЯ РОДОСЛОВНАЯ.

    IV. 66.

    С презрительным смехом над коллегой-писателем,
    В хоре русские писцы
    С именем аристократа меня ругают:
    Вы только посмотрите, пожалуйста… бред какой!
    Придворный ямщик не я, ни заседатель,
    И я не дворянин по кресту;
    Ни академик, ни профессор,
    Я просто гражданин России.

    Ну, я знаю коррупцию времен,
    И, конечно, не возражаю:
    Наше благородство, но недавнее:
    Чем новее, тем благороднее.
    Но униженных гонок чип,
    И, слава Богу, не один
    Отпрыск древних лордов I;
    Гражданин Я, гражданин!

    Не пирожками торговал мой дедушка,
    Не принц он был свежеиспеченный;
    Ни в церкви не пел в хоре,
    [Pg 62] Ни сапоги царю не чистил;
    Не сбежал солдат он
    Из немецких пороховых рядов;
    Как же мне быть аристократом?
    Слава богу, я всего лишь гражданин.

    Мой дедушка Радша на воинской службе
    К Александру Нефскому был привязан.
    Коронованный Гневный, Четвертый Иван,
    г. Его потомки в гневе пощадили.
    О царях шевелились Пушкины;
    И не один приобрел известность, 90 956 Когда против поляков сражалось
    человек Нижегородский гражданин равнинный.

    Когда победила измена и ложь,
    И ярость бури войны,
    Когда Романовы на троне
    Нация, названная по ее Карте — 90 956 Мы возложили на него руки;
    Тогда сын мученика благоволил к нам;
    Время было, наша раса ценилась,
    Но я… всего лишь гражданин безвестный.

    Наш упрямый дух нас проказил;
    Самый неугомонный представитель своей расы,
    С Питером мой отец не мог ужиться;
    [Pg 63] И за это был повешен им.
    Пусть его пример будет уроком:
    Не противоречие любит линейку,
    Не все могут быть князьями Долгорукими, 9 лет0956 Счастлив только простой гражданин.

    Мой дед, когда восстали восставшие
    Во дворце Петергофа,
    г. Как и Мюнхен, верен он остался
    Павшему Петру Третьему;
    В честь пришли тогда Орловы,
    Но мой сир в крепость, в тюрьму —
    Тихой была наша суровая гонка,
    А я родился просто — гражданином.

    Под моей гербовой печатью
    Свиток семейных карт, который я сохранил;
    Не бегать за магнатами новыми,
    Свою кровную гордость я подчинил;
    Я всего лишь неизвестный певец
    Просто Пушкин, а не Муссен,
    Моя сила моя, не дворцовая:
    [Pg 64] Я писатель, гражданин.

    МОЙ ПАМЯТНИК.

    IV. 23.

    Памятник нерукотворный Я себе воздвиг;
    Путь к нему проторенный не зарастет;
    Поднявшись выше, он с непоколебимой головой
    Чем памятник Александру.

    Нет! не весь я умру! моя душа в священной лире
    Выживет ли мой прах и избежит ли уничтожения —
    И славой я буду, пока на земле подлунная
    По крайней мере, один живой бард должен остаться.

    Мое имя будет колесить по всей России великой,
    И там произнесет мое имя каждый живой язык:
    Гордый отпрыск славянина, и финн, и дикий еще
    [Pg 65]тунгус, и степняк калмык.

    И долго я буду дорог народу:
    За то, что своей лирой пробуждал ее благородные чувства.
    За восхваление свободы в жестокий век
    За призыв милосердия к падшим.

    Веление Бога, о Муза, повинуйся.
    Не бойся оскорблений, не проси корону:
    хвалить и обвинять с безразличием
    И не спорь с дураком!

    [стр. 66] август , 1836.

    МОЯ МУЗА.

    IV. 1.

    В дни моей юности она любила меня,
    И семиствольная флейта, которую она мне вручила.
    Меня с улыбкой она слушала; и уже нежно
    Вдоль проёмов эхо леса
    Играл я пальцами нежно:
    Оба гимна торжественные, боговдохновенные
    И мирная песня фригийского пастуха.
    С утра до ночи в немой тени дуба
    Я прислушался к учительским намерениям странной служанки;
    И скупой наградой меня радуя
    Отбросив кудри со лба дорогая,
    Из моих рук флейту сама взяла.
    Теперь наполненный лес был божественным дыханием
    И сердце святым очарованьем наполнилось.

    [стр. 67] 1823.

    МОЙ ДЕМОН.

    IV. 107.

    В те времена, когда для меня новыми были
    Из наличия все впечатления: —
    Взгляды девы, шепот лесов,
    Песня соловья в ночи;
    Когда настроение поднялось
    Свободы, славы и любви,
    И от искусства вдохновение
    Зашевелилась так сильно моя кровь:—
    Мои обнадеживающие часы и радостные
    С меланхолическим внезапным потемнением
    Некий злой дух то
    Начали тайно меня навещать.
    Тяжелы были наши встречи, 90 956 Его улыбка, и его чудесный взгляд,
    Его речи, эти такие язвительные
    Холодный яд влился в мою душу.
    Провидение с клеветой
    Неисчерпаемый он искушал;
    О Красоте, как о сне, он говорил 90 956 [Pg 68] И вдохновение он презирал;
    Ни любви, ни свободе не доверял он,
    На жизнь с презрением смотрел —
    И ничего во всей природе
    Чтобы благословить он когда-либо желал.

    [стр. 69] 1823.

    СОГЛАСИЕ.

    IV. 76.

    Не жалей я, весны моих лет,
    В ушедших мечтах о безнадежной любви;
    Не жалею вас я, о тайны ночей.
    Певицей страстно прославленной;

    Нет, я сожалею, о мои неверные друзья
    Ни венцов пиров, ни кубков круга,
    И вы не жалеете меня, о изменницы юные —
    К наслаждениям меланхолии чужд я.

    Но где же вы, о мгновения нежные
    О юных моих надеждах, о душевном спокойствии?
    Прежний зной и благодать вдохновения?
    [Pg 70] Придите снова, о весенние годы мои!

    ВОСПОМИНАНИЕ.

    IV. 96.

    Когда шумным днем ​​к смертным прирастает тишина,
    И на безмолвных стенах города
    Ночная тень полупрозрачная ложь,
    И Сон, награда ежедневных трудов,—
    Тогда для меня тащат в тишине
    Утомительного бодрствования часы.
    В лени ночи более палящий ожог
    Змеиные клыки моего сердца;
    Вскипятите мои мысли; душу мою угнетало горе
    Полный мечтаний печальный теснится.
    Передо мной память в тишине
    Его длинный рулон разворачивается.
    И с отвращением мою жизнь читаю
    Я трепещу и проклинаю его.
    Горько стону я, и горько слезы мои лью,
    Но смыть линии горя я не могу.

    В лени, в бессмысленных застольях
    В безумии разорительной лицензии,
    В рабстве, нищете и бездомных пустынях
    [Pg 71] Там я вижу свои потерянные годы.
    От друзей снова слышу предательский привет
    Игры среди любви и вина.
    К сердцу опять обиды приносит
    Неугомонный холодный мир.
    Нет мне радости, — и спокойно предо мною
    Из видений молодые двое теперь встают:
    Два нежных оттенка, два ангела мне
    Дано судьбой в былые времена.
    Но у обоих есть крылья и пылающие мечи,
    И смотрят… и оба мстят,
    И оба мне говорят языком смерти
    О тайнах Вечности и могилы.

    [стр. 72] 1828.

    ЭЛЕГИЯ.

    IV. 85.

    Мои желания Я выжил,
    Мои амбиции я перерос!
    Остался только мой смарт,
    Плод пустоты сердца.

    Под бурей жестокой Судьбы
    Отцвела моя цветущая крона!
    Грустно живу и одиноко,
    И подождите: близок ли мой конец?

    Так тронут запоздалый мороз,
    Когда слышен зимний свист бури, 90 956 На ветке голая и одинокая
    Дрожит запоздалый лист.

    [стр. 73] 1821.

    ВОСКРЕСЕНИЕ.

    IV. 116.

    С сонной кистью художник-варвар
    Картина мастера чернеет;
    И бездумно его злой рисунок
    Над ним он рисует.

    Но в годах иностранные цвета
    Слез, состаренный слой:
    Гениальная работа перед нами, 90 956 С прежней красотой б.у.

    Так исчезнут и мои недостатки
    От моей утомленной души,
    И снова в нем возникают видения, 90 956 Из моих ранних чистых дней.

    1819

    ПРОРОК.

    IV. 19.

    Измученный жаждой духа
    Я плелся в мрачной пустыне,
    И появился шестикрылый серафим
    Ко мне на распутье дорог.
    С пальцами легкими, как сон
    Моих глаз он коснулся:
    И открылись мои глаза мудрые
    Как глаза испуганного орла;
    Он коснулся моих ушей,
    И они наполнились гамом и звоном.
    И я услышал трепет небес
    И полет ангельских крыльев,
    И ползание полипов в море,
    И рост виноградной лозы в долине.
    И он схватил меня за губы,
    И он вырвал мой грешный язык
    Своей пустой и лживой речью.
    И клык мудрого змея
    Между моими перепуганными губами он вложил
    Окровавленной рукой.
    И он рассек мне грудь мечом, 90 956 И он забрал мое трепещущее сердце,
    И уголь с пылающим пламенем
    В открытую грудь он толкнул.
    Как труп я лежал в пустыне.
    И голос Божий воззвал ко мне:
    Встань, пророк, и слушай, и веди.
    Будь наполнен моей волей,
    И по суше и по морю
    Зажги словом сердца людей!

    1826.

    [стр. 79]

    Стихи: Рассказ.


    ОТВЕРЖЕННЫЙ.

    III. 5.

    Дождливым осенним вечером
    В пустынные места пошла служанка;
    И тайный плод несчастной любви
    В дрожащих руках она держала.
    Все было тихо: холмы и леса
    Спит во мраке ночи.
    И ее испытующие взгляды
    В ужасе она бросила.

    И на этой малышке, невинной,
    Взгляд свой остановила со вздохом:
    Ты спишь, дитя мое, горе мое.
    Ты не знаешь моей печали.
    Твои глаза откроются, и хотя с тоской,
    К моей груди больше не прильнуть.
    Никакого поцелуя для тебя завтра
    [Pg 80] От твоей несчастной матери.

    Напрасно мани ее,
    Мой вечный позор, моя вина!
    Меня забудь, да,
    Но ты не забудешь, я не должен.
    Приют, который ты получишь от незнакомцев, 90 956 Кто скажет: Ты не наш!
    Ты спросишь: где мои родители?
    Но для тебя нет родства!

    Несчастный! С сердцем, полным печали,
    Одинокий среди своих товарищей,
    Твой дух угрюм до конца,
    Ты увидишь ласкающих матерей.
    Одинокий скиталец везде
    Проклиная свою судьбу во все времена, 90 956 Ты услышишь горький упрек. ..
    Прости меня, о, тогда прости меня!

    Спит! позволь же мне, о несчастный
    К груди моей прижмись раз и навсегда.
    Закон несправедливый и ужасный
    Тебя и меня на горе обрекает.
    Пока годы еще не погнались за
    Безвинная радость дней твоих,
    Спи, мой милый, пусть не горькие

    [Pg 81] Спокойной жизни твоего детства!

    Но вот! за лесом, рядом
    Луна освещает хижину.
    Одинокий, бледный и дрожащий
    К дверям рядом она подошла.
    Она наклонилась и осторожно легла
    Малышка на пороге странная.
    В ужасе отвернувшись, она повернулась
    И в темной ночи исчез.

    [стр. 82] 1814.

    ЧЕРНАЯ ШАЛЬ.

    III. 83.

    Я безумно смотрю на черную шаль
    И моя холодная душа разрывается от горя.

    Когда я был молод и полон доверия
    Я страстно любил молодую гречанку.

    Очаровательная горничная, она ласкала меня,
    Но вскоре я прожил черный день, чтобы увидеть.

    Однажды собрались мои веселые гости
    Ненавистный еврей постучал в мою дверь.

    Ты пируешь (шепнул он) с друзьями
    Но тебя предала твоя гречанка.

    Деньги, которые я ему дал, и проклятия,
    И назвал раба Моего верным.

    Мы пошли: Я полетел на крыльях моего коня;
    И нежное милосердие молчало во мне.

    Ее порог, как только я заметил
    [Pg 83]Потемнело в моих глазах, и моя сила ушла.

    Дальняя комната, в которую я вхожу один,
    Армянин обнимает мою неверную служанку.

    Тьма вокруг меня; блеснул кинжал;
    Прервать поцелуй негодяй не успел.

    И долго топтал безголовый труп,—
    И молчал и бледный, на служанку смотрел я.

    Я помню ее молитвы, ее текущую кровь,
    Но погибла девушка, а с ней и моя любовь.

    Платок, который я снял с головы, теперь мертв
    И молча вытер кровоточащую сталь.

    Когда наступила тьма накануне, мой крепостной
    Бросил их тела в волны Дуная—

    С тех пор я не целую очаровательных глаз,
    С тех пор я не знаю веселых дней.

    Я безумно смотрю на черную шаль,
    И моя холодная душа разрывается от горя.

    [стр. 84] 1820.

    РУССАЛКА.

    III. 71.

    У озера однажды в лесной тьме
    Монах, которого спасла его душа,
    Всегда в суровой оккупации
    О молитве, посте и труде.
    Уже с ослабленной лопатой
    Старик себе могилу копал,
    И только на смерть в тишине и покое
    Своим святым покровителям молился он.

    Однажды летом на пороге
    Своей поникшей хижины
    Богу молился отшельник.
    Темнее становился лес.
    Над озером поднимался туман.
    А в облаках красноватая луна
    Мягко катился по небу.
    На воды смотрел отшельник.

    Он смотрит, и боится, и не знает почему,
    Сам он не может понять….
    Теперь он видит: бурлят волны
    И вдруг опять затихают…

    Вдруг… легки, как ночная тень,
    Белый, как ранний снег холмов,
    Из приходит женщина голая
    И на берегу сама сидит.

    Она смотрит на престарелого монаха
    И расчесывает влажные локоны —
    Святой монах от ужаса дрожит,
    На ее чары он все еще смотрит;
    Рукой к нему она манит
    И головой быстро кивает….
    И вдруг как падающая звезда
    Мечтательная волна, под которой она исчезла.

    Трезвый монах, всю ночь не спал,
    И весь день не молился
    Тень невольно перед ним
    Чудесной девы, которую он когда-либо видел.
    Снова лес одет во тьму,
    По облакам плывет луна.
    Снова дева над водой,
    Бледная и великолепная она сидит.

    Смотреть ей в глаза, кивать головой,
    Целует, и она спортивная,
    Волну она окропляет, и она резвится;
    [Pg 86] Детский плач теперь и смех;

    Рыдающая нежность — монаху она звонит:
    Монах, о монах, ко мне, ко мне!
    В волны прозрачные она мчится;
    И снова все в тишине глубокой.

    Но на третий день проснулся отшельник
    Заколдованные берега почти сидели,
    И красивую служанку он ждал.
    На деревья падали тени…
    Ночь наконец до рассвета погналась —
    И нигде монаха не найти,
    Одна его борода, седая
    В воде мальчики могли видеть.

    [стр. 87] 1819.

    КАЗАК.

    III. 14.

    Однажды в полночь,
    Тьма и туман,
    Тихо у реки
    Ехал казак храбрый.

    Черная шапка на ухе,
    Его пальто покрыто пылью,
    На коленях висят пистолеты
    И у земли его меч.

    Верный скакун, поводья не чувствуют
    Медленно идет,
    (грива длинная, и машет)
    Все дальше это продолжается.

    Теперь перед ним две-три избы:
    Сломан забор;
    В деревню вот дорога,
    В лес туда.

    «Не в лесу дева водится»,
    Деннис думает, смелый.
    «В свои покои пошли служанки;
    [Pg 88]Ушли на ночь.»

    Сын Дона тянет поводья
    И шпоры он бьет:
    Стрелой мчался конь —
    К хижинам он повернулся.

    В облаках далекое небо
    Луна серебрилась;
    Красавица-горничная в меланхолии
    У окна сидит.

    Замечает смелую Красавицу-горничную,
    Сердце бьется внутри:
    Аккуратно коня налево, налево —
    Под окном теперь он.

    «Темнее становится ночь
    И сокрыта луна;
    Быстрее, моя дорогая, выходи,
    Дай воды моему коню.»

    «Нет, не такому молодому человеку;
    Право бояться не идти;
    Страшно не покидать мой дом,
    И воды дай коню твоему.»

    «Не бойся, О Красавица,
    И дружба со мной близка» —
    «Ночь несет опасность Красавицам-Девицам»,
    [Pg 89] «Не бойся меня, радость моя!

    «Поверь мне, дорогой, твой страх напрасен,
    Прочь беспочвенный террор!
    Время, которое ты теряешь драгоценное,
    Не бойся, о мой милый!

    Оседлай моего коня; с тобой я буду
    В дальние края скачут;
    Будь благословен со мной,
    Рай с подругой повсюду.»

    А служанка? Над ней склонилась,
    Ее страх преодолен,
    Стыдливо ездить соглашается,
    И казак счастлив.

    Прочь они мчатся, прочь они летят;
    Любят друг друга.
    Верен он на две короткие недели, 90 956 Отказался от нее на третьем.

    [стр. 90] 1815.

    УТОПШЕННЫЙ.

    IV. 185.

    В избушку бегут дети,
    В спешке позвонили отцу:
    «Папа, папа, о, наши сети
    Вон труп вытащили.»
    «Врёте, лжёте, черти»
    На них отец ворчал.
    «Заявляю, эти злые отродья!
    Труп теперь тоже есть у них должен!

    «Вниз придет суд, ‘Дай ответ!’
    И целый век от него не отдохнешь.
    Но что делать? Эй, жена, там,
    Пальто дай, надо как-то добраться….
    Где теперь труп?» — «Сюда, папа, сюда!»
    И вправду по реке
    Где расстелена смоченная сетка,
    На песке виден труп.

    Ужасно изуродован труп,
    Синее и все опухшее.
    Это несчастный скорбящий,
    [Pg 91]Кто погубил свою грешную душу,
    Или по волнам пойманный рыбак,
    Или какой-нибудь парень, пьяница,
    Или разбойниками раздетыми, быть может,
    Трейдер какой-то, неделовой?

    Крестьянину, что это?
    О смотрит и спешит.
    Схватывает он тело утонувшего,
    За ноги к воде тащит,
    А с берега намотка
    Он толкает его веслом
    Нисходящий выигрыш плывет труп,
    И могилу, и крест до сих пор ищет.

    И долго мертвых среди волн,
    Словно жил, качался, плыл;
    С глазами мужика его
    Возвращение домой, следом.
    «Собаки, теперь следуйте за мной,
    У каждого из вас должен быть пирог;
    Но берегитесь и придержите языки!
    Иначе тебя побьют.»

    Ночью ветер начал дуть
    Полной волн стала река;
    Свет уже шел
    [Pg 92]В прокуренной избе мужика.
    Дети спят; мать дремлет.
    На печи муж лежит.
    Воет буря; внезапный стук
    Он слышит кого-то у окна.

    «Кто там?» — «Открой дверь, говорю!»
    «Время ено’; в чем дело?
    Зачем приходит бродяга ночью?
    К дьяволу искусство сюда принесено!
    Зачем мне с тобой возиться?
    В моем доме тесно и темно»
    Так говорит он с ленивой рукой
    Открыть бросает окно.

    Выкатывает луну из-за облаков—
    И сейчас? Перед ним стоит обнаженный мужчина;
    Из его бороды течет ручей
    Взгляд его неподвижен и открыт.
    Все в нем ужасная тупость
    И его руки опущены вниз;
    И к опухшему, опухшему телу
    Черные крабы пристегнуты.

    Крестьянин быстро закрывает окно;
    Он узнал своего голого гостя,
    В ужасе. «Чтоб ты лопнул!»
    [Pg 93] Он шептал и дрожал.
    В большом замешательстве теперь его мысли,
    И всю ночь трясется в лихорадке;
    И до утра еще стук
    Слышно в окне и у ворот.

    Сообщение было среди людей:
    Говоря, с тех пор каждый год
    Ожидание это в несчастный крестьянин
    Для своего гостя в назначенный день.
    Утром погода меняется
    А ночью приходит буря,
    И покойник вечно стучит
    У окна и у ворот.

    1828.

    [стр. 97]

    Стихи о природе.

    ПТИЧКА.

    I. 171.

    Божья птичка знает
    Ни заботы, ни тяжелого труда;
    И не плетет больно
    Вечное гнездо.
    Всю долгую ночь он дремлет на ветке;
    Когда восходит красное солнце
    Берди слушает голос Бога
    И он начинает, и он поет.
    Когда весна, красота природы,
    И прошло жгучее лето,
    И туман, и дождь,
    К поздней осени привезено,
    Мужчины устали, мужчины опечалены,
    Но летит птичка в дальние края,
    В теплые края, за синее море:
    Улетает до весны.

    [стр. 98] 1824.

    ОБЛАКО.

    IV. 95.

    О последнее облако рассеянной бури,
    Один ты плывешь по лазури ясной;
    Один ты приносишь мрачную тень, 90 956 Один ты омрачаешь радостный день.

    Ты еще недавно кружил по небу
    Когда сурово молния вилась вокруг тебя;
    Ты издал таинственный гром,
    Дождь полил иссохшую землю.

    Хватит! Поднимись сам: твое время прошло: 90 956 Земля обновляется; буря ушла;
    И ветерок, лаская листву деревьев
    Вперед преследует тебя с затихших небес!

    [стр. 99] 1835.

    СЕВЕРНЫЙ ВЕТЕР.

    IV. 94.

    Почему, о яростный северный ветер, ты
    Болотистый кустарник наклонился вниз?
    Почему так в далеком небесном своде
    Гневно гонится за облаком?

    Черные тучи, но недавно
    Раскинул все небо,
    Дуб на вершине холма, но недавно
    Красотой чудесной сама гордилась.

    Ты встал и заиграл,
    Ужасом звучало и великолепием —
    И прогоняются грозовые тучи;
    Вниз брошен могучий дуб.

    Пусть теперь то солнце ясное лицо
    Радостью отныне свети,
    С облаками теперь играет зефир,
    И куст в тихом качании.

    [стр. 100] 1824.

    ЗИМНЕЕ УТРО.

    IV. 164.

    Мороз и солнце — день дивный!
    Ты еще дремлешь, очаровательный друг.
    «Пора, о Красавица, пробудиться: 90 956 Открой глаза, теперь в сладости закрытые,
    Навстречу северной заре утра
    Ты являешься полярной звездой!

    Прошлой ночью, помни, буря ругала,
    И тьма плыла по затуманенному небу;
    Как желтое мутное пятно
    Сквозь облака сияла луна,—
    И тоска сидела ты —
    А теперь. .. в окно бросил взгляд:

    Раскинулся под небом синим
    Ковровое великолепие,
    На солнце сверкает снег;
    Темно только дерево прозрачно,
    И сквозь иней зеленеет ель, И подо льдом сверкает речушка.

    Все сияет бриллиантовым великолепием
    Твоя палата… с веселым треском
    В печи потрескивают дрова.
    К медитации приглашает диван.
    Но знаете ли вы? В санях не порядок почему
    Коричневую кобылу запрячь?

    По утреннему снегу мы скользим
    Доверься, мой друг, себе
    К скорости нетерпеливого коня;
    Посетим забытые поля,
    Лес, дремучий, но недавно,
    И так дороги мне банки.

    [стр. 102] 1829.

    ЗИМНИЙ ВЕЧЕР.

    IV. 166.

    Грозовое небо мраком покрывает,
    Снежные вихри кружатся;
    Как дикий зверь сейчас воет,
    Как младенец сейчас плачет;
    Над состарившейся крышей сейчас внезапно
    В соломе шуршит;
    Как запоздавший путник
    Для входа в наше окно стучится.

    С тоской и с мраком
    Наша маленькая старая хижина заполнена
    Почему в тишине тогда ты сидишь
    У окна, жена старая моя?
    Или под воющими бурями арт
    Устал ты, о друг мой?
    Или, быть может, искусство дремлет, 90 956 Шуршанием веретена успокоился?

    Выпьем, добрый друг
    О моей бедности и юности, 90 956 Прочь горе, — где чаша?
    [Pg 103] Радость это принесет в наше сердце.

    Песню спой мне теперь, как птица
    За морем в тишине жили;
    Песню теперь спойте мне, как девица
    Утром за водой пошли.

    Грозовое небо тьмой покрывает,
    Снежные вихри кружатся;
    Как дикий зверь сейчас воет,
    Как младенец сейчас плачет.
    Выпьем, добрый друг
    О моей бедности и юности, 90 956 Прочь горе, — где чашка
    Радость это принесет в наше сердце!

    [стр. 104] 1826.

    ЗИМНЯЯ ДОРОГА.

    IV. 161.

    Прорываясь сквозь колыхающиеся туманы
    Далее луна идет,
    И на сумрачных десятинах
    Она сумрачный свет проливает.

    По зимней унылой дороге
    Летит стремительная тройка
    Колокольчик однотонный
    Устало позвякивает.

    Слышится какая-то домашняя обстановка
    В водительском длинном лежит:
    Теперь беззаботная беспечность,
    Теперь унылая печаль.

    Ни светлая, ни темная изба…
    Только снег и тишина….
    Полосатые вехи одни
    [Pg 105] Путешественники, которые нас встречают.

    Мне грустно и я устал… Завтра, Нина,
    К любимому я возвращаюсь
    Забудь себя у костра
    И вряд ли кто-нибудь на нее взглянет.

    Громко часы мои весной
    Его измеренный круг завершает
    А нам партер утомленных,
    Полночь, не разлучим.

    Мне грустно, Нина; мое путешествие утомительно;
    Дремлющий сейчас, мой водитель тихий
    Колокольчик однотонный
    И потемнело теперь лицо луны.

    1826.

    [стр. 109]

    Стихи о любви.

    БУРЯ-[ГОРНИЧНАЯ].

    IV. 146.

    Видел ли ты на скале девушку,
    В белом халате над волнами,
    Когда бурлит в грозовой тьме
    Играло море своими берегами,—
    Когда блики молнии ежечасно
    Розовым мерцанием она озарилась,
    И ветер бьется и хлопает
    Боролся с ее летающей мантией?

    Красивое море в штормовой темноте,
    Великолепно небо и без синевы
    Но поверь мне: на скале горничная
    Превосходит и волну, и небо, и бурю.

    [стр. 110] 1825.

    БАРД.

    III. 43.

    Слышали ли вы в лесу ночной голос
    Певца любви, певца своей печали?
    Когда поля в утренний час были тихими, 90 956 Грустный звук флейты и простой
    Вы слышали?

    Встречали ли вы в пустыне мрак леса
    Бард любви, бард своего горя?
    Был ли это след слез, была ли это улыбка,
    Или тихий взгляд, наполненный тоской, 90 956 Вы встречались?

    Вздохнули ли вы, слушая спокойный голос
    Певца любви, певца печали?
    Когда в лесу ты видел юношу
    И встретил взгляд его потускневших глаз,
    Вы вздохнули?

    [стр. 111] 1816.

    ИСПАНСКАЯ ПЕСНЯ О ЛЮБВИ.

    IV. 136.

    Вечерний зефир
    Волны эфира.
    Мурмурс,
    спешит
    Гвадалквивир.

    Теперь взошла золотая луна,
    Тихо,… Тшо… гитара теперь слышна….
    Теперь испанская девушка молодая
    Над балконом наклонился.

    Вечерний зефир
    Волны эфира.
    Мурмурс,
    спешит
    Гвадалквивир.

    Сбрось свою мантию, ангел нежный,
    И казаться прекрасной, как божий день!
    Через железную балюстраду
    [Pg 112] Поставь свою чудесную нежную ногу!

    Вечерний зефир
    Волны эфира.
    Мурмурс,
    спешит
    Гвадалквивир.

    [стр. 113] 1824.

    [ЛЮБОВЬ.]

    IV. 152.

    Горько охая, ревнивую деву бранил юноша;
    Он, опираясь на ее плечо, вдруг погрузился в сон потерянный.
    Горничная молчит; его легкий сон теперь ласкает она
    Теперь она улыбается ему и проливает нежные слезы.

    [стр. 114] 1835.

    [РЕВНОСТЬ.]

    IV. 85.

    Свет сырого дня гаснет: мрак сырой ночи
    Протягивает по небу свою свинцовую одежду.
    Как призрак, из-за соснового леса
    Взошла туманная луна….
    Все наводит на душу мою мрак тяжкий.
    Далеко-далеко восходит сияющая луна,
    Там земля наполнена вечерним теплом
    Там море буйной волною шевелится
    Под небом синим….
    Сейчас самое время. На склоне холма теперь она ходит
    К берегу, омываемому шумными волнами.
    Там под вздымающимися скалами
    Одна она сидит теперь тоскливая….
    Одна… никто перед ней не плачет, не скорбит,
    Ее колени никто не целует в экстазе.
    [стр. 115] В одиночестве … в губы никому она не поддается
    Ее плечи, ни влажные губы, ни белоснежные пальцы.
    . . . . . . . . . . . . . . . . .
    . . . . . . . . . . . . . . . . .
    Никто не достоин ее небесной любви.
    Разве это не так? Ты один. . . . Ты плачешь. . . .
    А я спокоен? . . . . . . .
    . . . . . . . . . . . .
    Но если . . . . . . .

    [стр. 116] 1823.

    В АЛЬБОМЕ.

    IV. 99.

    Имя меня, что оно тебе
    Умри, как печальный звук
    Волны, играющей на дальнем берегу,
    Как звук ночи в темном лесу.

    На листе памяти
    Следы мертвые оставят он должен
    Надписи-кладбища
    На каком-то иностранном языке.

    Что в нем? Давно забытый
    В бурных волнах и свежести
    Твоей душе не отдам
    Чистые воспоминания и нежность.

    Но в грустные дни, в тиши
    Произнесите это с грустью;
    Скажи же: я помню тебя —
    На земле одно сердце, где еще я живу!

    [стр. 117] 1829.

    ПРОБУЖДЕНИЕ.

    III. 42.

    Вы мечтаете, вы мечтаете,
    Где твоя нежность?
    Где ты, где ты
    О радость ночи?
    Исчез,
    радостный сон;
    И одинокий
    В темноте глубокой
    Я просыпаюсь.
    Вокруг моей кровати
    Молчит ночь.
    Сразу охлаждаются,
    Сразу убегают,
    Все толпой
    Мечты о любви —
    Еще с тоской
    Душа наполнена
    И хватает сна
    Память.
    О любовь, о любовь,
    [Pg 118] О, услышь мою молитву:
    Снова пришлите мне
    Эти видения твои,
    А наутро
    Восхищен заново
    Дай мне умереть
    Не просыпаясь!

    [стр. 119] 1816.

    ЭЛЕГИЯ.

    III. 39.

    Счастливый, кто сам себе признается
    Его страсть смеет без страха;
    Счастлив тот, кто в судьбе не уверен
    Скромной надеждой ласкается;
    Счастливый кто туманными лунными лучами
    Ведется к полуночи радостной
    И верным ключом кто нежно
    Отпирает дверь его возлюбленной.

    Но мне в грустной жизни
    Нет радости тайного удовольствия;
    Ранний цветок надежды увял,
    В борьбе увял цветок жизни.
    Молодость прочь улетает тоска,
    И поникнуть со мной жизненными розами;
    Но любовью, о которой давно забыли, 90 956 Забыть слезы Любви я не могу.

    [стр. 120] 1816.

    [ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ.]

    I. 112.

    Не сразу наша юность увяла,
    Не сразу наши радости покидают нас,
    И счастье нам неожиданное
    И все же объятия будут не раз;
    Но вы, впечатления неумирающие
    Из новой трепетной любви,
    И ты, первое пламя Опьянения, — 90 956 Не летя назад, идете вы!

    ЭЛЕГИЯ.

    III. 99.

    Тише я скоро замолчу. Но если в день скорби
    Мои песни мне с задумчивой игрой отвечали;
    Но если юноши мне молча слушают
    Долгим мучениям любви дивились;
    Но если ты сам, нежности поддавшись
    Повторял в тишине мои тоскливые стихи
    И любил страстный язык моего сердца;
    Но если я любим: — даруй же, о дражайший друг, 90 956 Что заветное имя моей прекрасной любимой
    Вдохни жизнь в мою прощальную лиру.
    Когда навеки обнял меня сон Смерти,
    Над моей урной с нежностью произнести:
    «Меня он любил был, мне он был обязан
    О его любви и песне о его последнем вдохновении».
    Как долго я ждал, как долго моя рука
    Огню моим радостям уступать было посему! …
    Но вот, час пробил: гори, письмо моей любви!
    Я готов: больше слушает моя душа напрасно.
    Теперь жадное пламя твои простыни слижет…
    Минута! … потрескивают, полыхают … легкий дым
    Кудрявится и теряется с молитвой моей.
    Теперь верный отпечаток пальца теряет
    Горит расплавленный воск… О Небеса!
    Готово! свернуты темные простыни;
    На их прахе зажигаются линии, обожаемые 90 956 Сверкают… Моя грудь тяжела. Пепел дорогой,
    В моей скорбной доле, но плохом утешении,
    Останься навсегда со мной на моей усталой груди…

    [Pg 123] 1825.

    [НЕ ПОЙ, КРАСОТА.]

    IV. 135.

    Не пой, Красавица, в моем присутствии,
    Закавказья печальные песни,
    Дальний берег, другая жизнь,
    Память мне они приносят.

    Увы, увы, напоминают,
    Эти жестокие твои напряжения,
    О степях, и ночи, и о луне
    И далеких, бедных девичьих черт.

    Видение любимое, нежное, обреченное,
    Забуду ли я, когда тебя увижу
    Но когда ты поешь, то передо мной
    Снова поднимается.

    Не пой, красавица, в моем присутствии
    Закавказья печальные песни,
    Дальний берег, другая жизнь
    Память мне они приносят.

    [стр. 124] 1828.

    ЗНАКИ.

    IV. 125.

    К тебе я ехал: живые мечты тогда
    За мной вьется шаловливая толпа;
    Моя спортивная рысь перескочила через плечо
    Луна справа от меня преследовала.

    От тебя я ехал: теперь другие мечты….
    Моя любящая душа теперь печальна была,
    И луна слева от меня
    Товарищ мой теперь грустный был.

    Мечтать так в тишине навсегда
    Певцы нам даны;
    Знаки таким образом суеверия
    Душевное чувство с гармонией!

    [стр. 125] 1829.

    ПРЕДСТАВЛЕНИЕ.

    IV. 97.

    Снова тучи надо мной,
    Собрались в тишине;
    Опять меня с бедой
    Завистливая участь теперь грозит.
    Сохраню ли я свое неповиновение?
    Возбужу ли я против нее
    Твердость и терпение
    Моей юношеской гордости?

    Утомленный бурной жизнью
    Я жду бури безладовой
    Возможно, снова безопасно снова
    Гавань найду ли я…
    Но я чувствую прощальную ночь,
    Неизбежный, страшный час,
    Чтобы в последний раз пожать твою руку
    [Pg 126] Я спешу к тебе, мой ангел.

    Ангел нежный, ангел спокойный,
    Нежно скажи мне: прощай.
    Огорчайся: твой нежный взор
    Либо падай, либо мне повышай.
    Память о тебе теперь должна
    Моей душе заменить
    Сила, гордость и надежда,
    Смелость моих прежних дней!

    [стр. 127] 1828.

    [НАпрасно, ДОРОГОЙ ДРУГ.]

    III. 221.

    Напрасно, дорогой друг, скрыть я пытался
    Смутный холод моей скорбящей души;
    Теперь ты меня знаешь; проходит опьянение.
    И больше не тебя я люблю….
    Исчез за чарующие часы,
    Прекрасное время прошло,
    Юношеские желания угасли
    [Pg 128] И безжизненная надежда в моем сердце.

    [ДОЛГ ЛЮБВИ.]

    IV. 101.

    Для берегов твоего далекого дома
    Ты оставил чужую землю;
    В памятный, печальный час
    Я долго пред тобою плакала.
    Несмотря на холод, мои руки росли
    Тебя удержать они пытались;
    И просил тебя мой прощальный стон
    Гложущая усталость не сломать.

    Но от моих горьких поцелуев ты
    Твои уста оторвались;
    Из страны изгнания тоскливой
    Зовет меня в другую страну.
    Ты сказал: в день встречи
    Под вечно синим небом
    Под тенью оливок, поцелуями любви
    И снова, мой друг, мы объединимся.

    Но где, увы! своды неба
    [Pg 129]Сияют мерцанием синевы,
    Где под скалами дремлют воды —
    Последним сном спишь ты.
    И красота твоя и страдания
    В урнальной могиле исчезли —
    Но исчез и поцелуй встречи…
    Но все же я жду: ты мой должник! …

    ПРИЗЫВ.

    III. 146.

    О, если правда, то ночью
    Когда отдыхают живые
    А с неба лучи луны
    По камням погоста скользишь;
    О, если это правда, то опустели, то
    Тихие могилы,
    Я зову твою тень, я жду свою Лилу
    Иди сюда, иди сюда, мой друг, ко мне!

    Появись, тень моей возлюбленной
    Какой ты была перед нашей разлукой:
    Бледный, холодный, как зимний день
    Обезображенный твоей борьбой со смертью, 90 956 Приходи, как далекая звезда,
    Или как страшное привидение,
    Все равно: иди сюда, иди сюда

    И я зову тебя не по порядку
    Чтобы упрекнуть того, чье зло 90 956 [Pg 131] Мой друг убил.
    Ни постигнуть тайны могилы,
    Ни потому, что временами я ношу
    С гложущим сомнением… но мне грустно
    Хочу сказать, что все еще люблю тебя,
    Что я полностью твой: иди сюда, о, сюда!

    [стр. 132] 1828.

    ЭЛЕГИЯ.

    IV. 100.

    Погасшая радость безумных лет
    На меня ложится тяжесть, как унылый разврат.
    Но минувших дней горе, как вино
    В моей душе чем старше, тем сильнее растет.
    Темный мой путь. Тяжелый труд и боль обещаны мне
    У взволнованного моря Будущего.

    Но не Смерти, о друзья, желаю!
    Но Жизни желаю: думать и страдать;
    Ну я знаю, для меня радости в магазине
    ‘Среди борьбы, трудов и печалей:
    Тем не менее, «время от времени гармония будет пить в
    году». И слезы я пролью над плодами Фэнси, —
    А может быть, на моем грустном закате 90 956 Любовь будет сиять прощанием и улыбкой.

    [стр. 133] 1830.

    ПЕЧАЛЬ.

    III. 69.

    Не спрашивай почему с грустным размышлением
    «Среди веселья я часто темнею, 90 956 Почему всегда безрадостные глаза я поднимаю,
    Отчего сладкий жизненный сон мне не дорог;
    Не спрашивай почему с холодной душой
    Я радостной любви больше не жажду,
    И больше никого не зову дорогой:
    Кто однажды полюбил, тот больше не сможет любить;
    Кто знал блаженство, никогда больше не узнает;
    На один краткий миг нам дано:
    Юности, радости, нежности
    Остается одна печаль.

    [стр. 134] 1817.

    ОТЧАЯНИЕ.

    III. 41.

    Дорогой мой друг, теперь мы расстались,
    Моя душа спит; Я скорблю молча.
    Светит день за горной синевой,
    Или восходит ночь с луной осенней,—
    Все еще тебя я ищу, мой далекий друг,
    Тебя одного я помню везде,
    Тебя одного в беспокойном сне я вижу.
    Пауза мой разум, невольно тебя я зову;
    Слушает ухо мое, потом голос Твой слышу.

    И ты, моя лира, разделяешь мое отчаяние,
    Ты болен моей душой, спутница!
    Пуст и печален звук твоей струны,
    Один звук скорби не забыл. ..
    Верная лира, со мной скорби!
    Пусть твоя легкая нота и небрежность
    Пой о любви моей и отчаянии,
    И слушая твое пение
    Пусть задумчиво вздохнут девицы!

    [стр. 135] 1816.

    ЖЕЛАНИЕ.

    III. 38.

    Медленно тянутся мои дни
    И в моем увядшем сердце каждое мгновение удваивается
    Все печали безнадежной любви
    И тяжелое увлечение меня расстраивает.
    Но я молчу. Не слышен мой ропот.
    Слезы, которые я пролил… они мое утешение;
    Моя душа в печали погрязла
    Находит в них горькое наслаждение.
    О, беги, мечта жизни, я не жалею тебя!
    Во тьме исчезни, пустое видение!
    Дорогая мне любовь моя боль,
    Позвольте мне умереть, но дайте мне умереть, все еще любя!

    [стр. 136] 1816.

    [Смиренная любовь.]

    IV. 99.

    Тебя я любил; еще не любовь возможно это
    В моем сердце совсем погасло
    Но беда не пускай тебя больше;
    Тебе горевать ни о чем не желаю.
    Безмолвный, безнадежный, тебя я любил,
    То страхом терзаемый, то ревностью;
    Так искренна моя любовь, так нежна,
    [Pg 137] Пусть Бог дарует подобное тебе от другого.

    [ЛЮБОВЬ И СВОБОДА.]

    III. 157.

    Дитя природы и простой,
    Так петь не было у меня
    Сладкий сон о свободе —
    Нежностью мою грудь он наполнил.

    Но тебя я вижу, тебя я слышу—
    И сейчас? Слабым стать I.
    Со свободой, потерянной навеки
    [Pg 138] Всем сердцем я ценю рабство.

    [ВООБЩЕ НЕТ.]

    IV. 118.

    Я думал забыл сердце
    Страдания легкого искусства;
    Больше не может быть, сказал я
    Не снова то, что когда-то было.

    О любви ушли печали,
    Теперь спокойными были мои воздушные мечты….
    Но вот! опять трепещут
    [Pg 139] Могучая сила Красоты пред!…

    [ВДОХНОВЛЯЯ ЛЮБОВЬ.]

    IV. 117.

    Момент чудесный Я помню
    Ты явился предо мною
    Как мигающий призрак,
    Как дух красоты чистый.

    ‘Средь печалей безнадежного горя,
    ‘Среди буйства шумной суеты,
    Прозвучал долго мне твой нежный голос,
    Приснились мне твои прекрасные черты.

    Прошли годы. Мятежный порыв бури
    Прежние мечты разлетелись
    И я забыл твой нежный голос,
    Я забыл твои небесные черты.

    В пустыне, в тюремной темноте,
    Тихо дни мои тянулись;
    Ни благоговения, ни вдохновения, Ни слез, ни жизни, ни любви.

    Но наконец пробуждается моя душа:
    И снова явился ты:
    Как мигающий призрак,
    Как дух красоты чистый.

    И в восторге бьется сердце,
    И восстали за это снова
    И благоговение, и вдохновение
    И жизнь, и слезы, и любовь.

    [стр. 141] 1825.

    [МИЛОСТЬ.]

    III. 160.

    До сих пор я не верил в Грации:
    Мне показались странными их тройные взгляды;
    Тебя я вижу и верой наполняюсь
    Обожаю сейчас в одной тройке!

    [стр. 145]

    Стихи: разное.

    ПТИЧКА.

    IV. 133.

    В изгнании свято чту
    Обычай отечества моего:
    Я свободу птичке даю
    В праздник весенний безмятежный.
    А теперь и у меня есть утешение:
    Поэтому ропщите на Бога моего
    Когда хоть одному живому существу
    Я мог свободы сделать подарок?

    [стр. 146] 1823.

    СОЛОВЕЙ.

    IV. 145.

    В тихих садах, весной, во тьме ночной
    Поет над розою с востока соловей;
    Но милая роза ни чувства не имеет, ни слушает его,
    Но под гимн своего возлюбленного качается оно и дремлет.

    Разве ты не поешь так холодной красоте?
    Подумай, бард, куда ты идешь?
    Она не слушает, и бард ее не чувствует.
    Ты смотришь? Блум она делает; ты звонишь?—
    Ответа она не дает!

    [стр. 147] 1827.

    ЦВЕТОЧНИК.

    IV. 95.

    Цветок, увядший, без запаха
    В книге забытой нахожу;
    И уже странное отражение
    Приходит мне в голову.

    Цвела, где? когда? Какой весной?
    И как давно? А выщипаны кем?
    Было ли это сделано чужой рукой? Было ли это сделано дорогой рукой?
    И почему оставил так здесь?

    В память о тендерной встрече?
    В память о судьбоносной разлуке?
    В память об одинокой прогулке?
    В мирных полях или в тенистых лесах?

    Жив ли он еще? Жива она еще?
    И где их уголок сегодня?
    Или они слишком засохли
    Как этот неведомый цветочек?

    [стр. 148] 1828.

    ЛОШАДЬ.

    IV. 271.

    Что ты ржешь, о лихой конь,
    Почему твоя шея так низко,
    Почему твоя грива непоколебима
    Почему твой кусок не грыз?
    Разве я не ласкаю тебя?
    Твое зерно есть, разве ты не свободен?
    Разве твоя сбруя не украшена,
    Разве твоя поводья не из шелка,
    Разве твоя обувь не из серебра,
    У тебя стремя не из золота?

    Конь в печали дает ответ:
    Поэтому я молчу
    Потому что дальний бродяга слышу,
    Удар трубы и свист стрелы
    А посему и ржу, коль в поле
    Больше не буду кормить,
    Ни в красоте жить и ласкать,
    [Pg 149] Ни светить сбруей яркой.

    Для скорого сурового врага
    Моя упряжь целиком возьмет
    И туфли из серебра
    Вырвет он из ног мой свет.
    Потому и печалится мой дух:
    Что вместо моего чапрака
    Твоей кожей покроет он
    Мои вспотевшие бока.

    [стр. 150] 1833.

    МЛАДЕНЦУ.

    IV. 144.

    Дитя, я не смею над тобой
    Произнесите благословение;
    Ты утешения тихий ангел
    [Pg 151] Да будет счастлив твой жребий…

    ПОЭТ.

    (IV. 2).

    До призыва поэта
    К святой жертве Аполлона
    В мире пустых забот
    Увлеченный нерешителен он.

    Его священная лира молчит
    И холодным сном его душу запирает;
    И тщедушных детей мира
    Из всех, пожалуй, он самый ничтожный.

    Еще не успело небесное слово
    Его острый слух достиг,
    Чем трепещет душа певицы
    Подобно проснувшемуся орлу.

    Мировые развлечения его теперь утомили
    И сплетен смертных теперь он чурается
    К ногам народного кумира
    [Pg 152] Голова высокая не склоняется он.

    Дикий и суровый, мчится он,
    Шумии полной и звуковой, 90 956 К берегам пустынной волны,
    В широко шепчущий лес.

    [стр. 153] 1827.

    ПОЭТУ.

    СОНЕТ.

    (IV. 9).

    Поэт, не народные аплодисменты ты ценишь!
    Из восторженных похвал пройдет мгновенный шум;
    Суд дурака услышишь, и холодный смех толпы — 90 956 Спокойно стойте, и будьте тверды, и — трезвитесь!

    Ты король: живи один. На свободной дороге
    Иди, куда тянет твой дух свободный:
    Вечно созревают плоды любимых мыслей,
    Никогда не требовательна награда за благородные дела.

    В себе ищи награду. Ты сам себе высший суд;
    Суровый судья, твои собственные дела не могут быть измерены.
    Доволен ли ты, о привередливый мастер?
    Содержание? Тогда пусть ругает толпа,
    И плюнь на жертвенник, где пылает твой огонь.
    [Pg 154] Твой треножник в детской шалости пусть качается.

    ТРИ ПРУЖИНЫ.

    IV. 134.

    В мировой пустыне, мрачной и безбрежной
    Таинственным образом прорвались три пружины:
    Весна юности, весна бурная и стремительная;
    Оно кипит, бежит, сверкает и журчит.
    Кастальская весна с волной вдохновения
    В пустынях мира его воды изгнания;
    Последняя весна — холодная весна забвения,
    год. Из всего сладчайшего угаси пламя сердца.

    [стр. 155] 1827.

    ЗАДАНИЕ.

    IV. 151.

    Вот и долгожданный момент. Закончилась моя многолетняя задача.
    Отчего же тогда печаль странная меня тревожит тайком?
    Моя задача выполнена, как ненужный наемник, я стою,
    Моя зарплата в руке, к другой задаче незнакомец?
    Или мою задачу жалею я, ночного товарища молчаливого моего,
    Друг Золотой Авроры, друг моих священных домашних богов?

    [стр. 156] 1830.

    БЕССОННИЦА.

    IV. 101.

    Я не могу спать, у меня нет света;
    Темнота вокруг меня, и сон медленный;
    Бит монотонный в одиночестве
    Рядом со мной часов слышно.
    О Судьбе женский лепет,
    Спящая ночь дрожь,
    Жизни мышеподобной беготни,—
    Зачем ты тревожишь меня?
    Что ты, о скучный шепот?
    Упреки, или ропот
    Дня, потраченного мною зря?
    Что ты хочешь от меня?
    Ты зовешь или пророчествуешь?
    Тебя я хочу понять,
    Твой неясный язык я сейчас изучаю.

    [стр. 157] 1830.

    [ВОПРОСЫ.]

    IV. 98.

    Бесполезный подарок, Случайный подарок,
    Жизнь, зачем ты дана мне?
    Или почему по судьбе таинственная
    На пытки ты обречен?

    Кто с враждебной мне силой
    Аут позвал из ничего?
    Кто мою душу страстью затрепетал,
    Кого наполнил мой дух сомнениями?…

    Цели передо мной нет,
    Мое сердце пусто, напрасно мой разум
    И тоска меня утомляет
    Монотонность шумной жизни.

    [стр. 158] 1828.

    [УТЕШЕНИЕ.]

    IV. 142.

    Жизнь — она тебя разочаровывает?
    Не печалься и не гневайся!
    В дни печали нежной будь:
    Придет, поверьте, радостный день.

    В будущем живет сердце:
    Действительно ли настоящее печально?
    Это всего лишь мгновение, все пройдет;
    Когда-то в прошлом, это будет дорого.

    [стр. 159] 1825.

    [ДРУЖБА.]

    III. 201.

    Так было и будет всегда,
    Таких издревле по всему миру:
    Ученых много, мудрецов мало,
    [Pg 160] Знакомых много, да не друг!

    [МЭЖ.]

    III. 102.

    Блажен, кто себе сохранил
    Его творение высшей души,
    А от своих собратьев как из могил
    Ожидаемый не курс!
    Блажен тот, кто в тишине пел
    И венец славы не носить,
    Толпой презираемой и забытой,
    Отрекшийся безымянный мир!
    Обманщик больше, чем мечты о надежде,
    Что такое известность? Шепот обожателя?
    Или травля хама?
    Или восторг дурака?

    [стр. 161] 1824.

    АНГЕЛ.

    IV. 108.

    У ворот Эдема нежный ангел
    С поникшей головой светился;
    Демон мрачный и мятежный
    Над адской бездной летела.

    Дух отрицания, дух сомнения
    Дух Чистоты заметил;
    И нежное тепло невольно
    Теперь первым узнать это научился он.

    Прощай, сказал он, тебя я видел:
    Не напрасно ты сиял предо мною;
    Не все на свете я ненавидел,
    Не все в мире я презирал.

    [стр. 162] 1827.

    [Тоска по дому.]

    III. 131.

    Может быть, недолго мне суждено
    В изгнании мирным остаться,
    О дорогих днях прошлого, чтобы вздохнуть, 90 956 И деревенская муза в тишине
    С духом спокойно следовать.

    Но даже далеко, на чужбине,
    В мыслях вечно бродить я буду
    Вокруг шахты Тримаунтин:
    По лугам, по реке, по ее холмам,
    Возле сада, липы возле дома.

    Таким образом, когда темнеет день, становится ясно,
    Один из глубины могилы,
    дух тоска по дому
    В родной зал летит
    Увидеть любимых нежным взглядом.

    [стр. 163] 1825.

    [БЕЗУМИЕ.]

    III. 149.

    дай бог не сойти с ума:
    Нет, лучше палка и нищенский мешок:
    Нет, лучше тяжкий труд и голод нести.

    Не то чтобы я по своей причине
    Такое ценное место; не то чтобы я
    Хорошо бы не потерять.

    Если бы свободу мне оставили
    Как бы я похотливо
    За сумрачным лесом спешу!

    В жарком бреду я бы пел
    И без сознания остался бы
    С бреднями удивительными и хаотичными.

    И послушать бы я волны
    И взглянул бы я, полный блаженства
    В небеса пустые.

    И тогда я был бы свободным и сильным
    Словно буря поля перекапывают,
    Выкорчевывание лесных деревьев.

    Но вот беда: если сойти с ума один раз,
    Ужас, как мор, 90 956 И теперь ты будешь заперт.

    На цепь тебя, дурак, привяжут
    А через ворота цирковой зверь,
    Тебе на крапиву народ пришел.

    И ночью не услышу ли я
    Чистый голос соловья
    Ни глухой звук леса,

    Но крики одних товарищей моих
    И бранящиеся стражи ночи
    И свист, цепей звон.

    [МЫСЛИ СМЕРТИ.]

    IV. 93.

    Брожу ли я по шумным улицам
    Вхожу ли я в народный храм,
    Сижу ли я бездумной юностью,
    Не дают покоя мои мысли мне повсюду.

    Я говорю, Быстро идут года по:
    Как ни велико наше число сейчас,
    Должны все спуститься в вечные своды,—
    Уже пробил чей-то час.

    И если я взгляну на одинокий дуб
    Я думаю: патриарх лесов
    Переживет мой преходящий возраст
    Как он пережил возраст моего отца.

    И если нежного малыша я ласкаю
    Я уже бормочу: Прощай!
    Я уступаю свое место тебе. для меня
    [Pg 166] Пора увядать, расцветать для тебя

    Так каждый год, каждый день
    Со смертью я присоединяюсь к мысли
    Грядущей смерти день
    Я ищу среди них, чтобы угадать.

    Куда судьба пошлет мне смерть?
    В бою? В странствиях, или на волнах
    Или долина соседняя
    Принять мою охлажденную пыль?

    Но, несмотря на бесчувственное тело
    Может везде одинаково распадаться,
    Тем не менее я, моя родина около
    Мое тело лежало бы.

    Пусть возле входа в мою могилу
    Веселая молодежь играет,
    И пусть равнодушное создание
    Красотой сияют там вечно.

    [стр. 167] 1829.

    [ПРАВА.]

    IV. 10.

    Не дорогой я ценю громкие права
    К которому обращено больше головы, чем одна;
    Не ропщу я, что мне боги не даровали
    Блаженный жребий обсуждать судьбы,
    Мешать королям сражаться друг с другом;
    И меня мало волнует, свободна ли пресса.

    Все, что вы видите, это слов, слов, слов!
    Другие, лучшие права мне дороги;
    Другая, лучшая свобода мне нужна….
    Зависеть от правителей или черни — 90 956 Не все ли равно? Бог с ними!
    никому не отчитываться; только себе
    Служить и радовать; для мощности, для ливреи
    Ни души, ни ума, ни шеи гнуть:
    Теперь здесь, теперь там, чтобы бродить на свободе
    Божественное любование красотами природы,
    А до творений искусства и вдохновения
    Тихо растайте в нежном экстазе —
    Это блаженство, это права!. ..

    ЦЫГАНЫ.

    IV. 157.

    Над лесистыми берегами,
    В час вечерней тишины
    Под палатками песня и суета
    И разлетаются костры.

    Приветствую тебя, счастливая раса!
    Я узнаю твое пламя,
    я сам в другое время
    Эти палатки последовали бы за ними.

    С рассветом завтра
    Исчезнет след твоей свободы,
    Уходи, но не с тобой
    Дольше идти будет бард из вас.

    Увы, ночлег,
    И шалости былых дней
    Забыл о деревенском комфорте
    [Pg 169] И о домашней тишине.

    ДЕЛИБАШ.

    IV. 155.

    Перестрелка за холмами:
    Оба лагеря смотрят, их и наш;
    Перед казаками на холме
    Черточки ‘длинный храбрый Делибаш

    О Делибаш, не к черту подойди,
    Помилуй свою жизнь;
    Быстро покончено с твоим дерзким весельем,
    Пронзён ты копьём будешь

    Эй, казак, не в бой рвись
    Делибаш быстр, как ветер;
    Рубить он будет кривой саблей
    С твоих плеч твоя бесстрашная голова.

    С криком несутся: врукопашную;
    И вот, что выпадает на долю каждого: 90 956 Уже пронзили Делибаш
    Уже обезглавлен казак!


    [стр. 171]

    Примечания.

    МОЯ РОДОСЛОВНАЯ. (стр. 61.)

    Эти строки обязаны своим происхождением публичному нападению Булгарина на Пушкина, литературный магнат того времени. Булгарин не любил Пушкина и, поэтому не видел достоинств в своей поэзии. Но не в силах возражать против его поэзии, он возражал против личности Пушкина и бранил поэта за его любовь ссылаться на свою древнюю родословную. Ужаленный за живое детский абзац в органе Булгарина «Северная пчела», Пушкин написал эти строки. Но на их публикацию, которая, я думаю, имела место некоторое время после того, как они были написаны, хотя они и пошли в обращение сразу же они наделали много дурной крови. Меньщиковы не любили напоминать о пирогах, которые продавал их предок, ни о Разумовских из тот факт, что их графство было заслужено хорошим голосом первого этого имени. И Кутайсовы не любили, когда им говорили, что граф Кутайсофф изначально был чистильщиком обуви Пола. Сама гордость за него предков, что делало Пушкина смешным в глазах врагов, заставил его забыть о том, что продажа пирожных и чернение обуви, даже хотя они и принадлежат императору, их ни в коем случае нельзя стыдиться; и что, даже если бы этого было стыдно, потомки злодеи никоим образом не несут ответственности за деяния своих предков… Таким образом, стихотворение является превосходным документом не только для истории дворянства России, но и для истории бедняков Душа Пушкина.

    [стр. 172]

    Дворянин крестом. В России есть два рода дворян: те которые наследуют свой титул, и те, кто его приобретает. Тот, кто достигает определённый крест в награду за службу при правительстве (не, увы, крест истинного благородства, крест Христов!) становится тем самым «дворянин.»

    Наше благородство, но недавнее: чем оно недавнее, тем оно благороднее. Это было написано пятьдесят лет назад, за тысячи миль от здесь. Но можно было бы почти поверить этим строкам, написанным в наши дни, и недалеко от проспекта Содружества, — так верно, что человек остается, в конце концов, одним и тем же во всех странах, во все времена…

    Нижегородский гражданин равнинный. Мясник Минин здесь имелось в виду, кто с князем Пожарским избавил Москву от поляков как раз до того, как Романовы были призваны на престол.

    Мы возложили на него руки. Шесть Пушкиных подписались на этот звонок, а двое были приложить руку к бумаге, потому что они не могли написать свою собственную имена.

    Просто Пушкин, а не Муссен. Тогдашние Муссены-Пушкины были очень богатая и влиятельная семья.

    МОЙ ПАМЯТНИК. (стр. 64.)

    В нынешнем виде это стихотворение появилось только в 1881 году. Пушкина она появилась только тогда, когда Жуковский переделал ее в несколько места. Александровская колонна — самый высокий памятник в России, Пушкин, писавший для русских, использовал это как иллюстрацию; но правительство не могло пройти мимо святотатства — памятников поэта всегда был выше, даже фигурально, российского императора. В 1837 год, поэтому поэта заставили сказать: «Колонна Наполеона». строка в четвертой строфе, в которой говорится о Свободе, была изменена на «Что я был полезен живой прелестью стиха», и в этом в изуродованном виде эта строфа выгравирована на памятнике поэту в Москва, открыт в 1880 году.

    МОЯ МУЗА. (стр. 66.)

    Первоначально я пропустил это стихотворение как недостойное перевода, потому что Я думал, что это недостаточно универсально; потому что мне казалось, чтобы выразить не сердце человеческое, а сердце индивидуальное, сердце Пушкина. Но великий Белинский научил меня лучше. Он цитирует эти строки как чудо классического, греческого искусства. «Смотрите, — восклицает он, — эллинский, художественной манере (и это говорит о том же), в которой Пушкин рассказал нам о своем призыве, который он слышал еще в дни своей юности. Да може счастливые потуги Батюшкофа в этом направлении раньше Пушкин день, таких стихов до Пушкина в Земля русская!» И прав Белинский. Он видел. Великий критик — таким образом открывает глаза, потому что он видит своего автора, и потому что видя его он не может не любить его. Ибо если бы люди действительно знали друг друга (при условии, что они бескорыстны), они любили бы друг друга… ненавидящий слеп, хотя и видит; влюбленный видит, даже если он слеп. Видеть, также, об этом произведении, Введение, 4.

    МОЙ ДЕМОН. (стр. 67.)

    К этому стихотворению Пушкин добавил записку, которую намеревался послать периодической печати, как если бы это был комментарий третьего лица. Ссылаясь на сообщение о том, что поэт имел в виду своего друга когда он написал это стихотворение и взял за образец Райевского, он говорит: «Это Мне кажется, что те, кто верят этому сообщению, ошибаются; по крайней мере, я видеть в «Демоне» высшую цель, нравственную цель. Возможно, бард пожелал олицетворять Сомнение. В лучший период жизни сердце? еще не остыл по опыту открыт всему прекрасному. Тогда это доверчиво и нежный. Но мало-помалу вечные противоречия действительности дают рождение сомнения в сердце; это чувство действительно мучительно, но оно длится недолго… Она исчезает, но уносит с собою наши лучшие и поэтические предрассудки духа».0012 лучше, если предрассудки? Действительно ли иллюзия поэтична?—I. П.] Не, следовательно, в напрасно Гёте Великий называл Духом Отрицания человеческую вечный враг. А Пушкин хотел прообразовать Дух Отрицания.

    СОГЛАСИЕ. (стр. 69.)

    См. Введение, 16, 25.

    ПТИЧКА. (стр. 97.)

    Этого произведения нет среди лирических стихотворений Пушкина. это песня взято из более длинной повествовательной поэмы под названием «Цыгане».

    ЛЮБОВЬ. (стр. 113.)

    Это стихотворение Пушкин во всем. В четырех строчках он дал целое драма с миром пафоса и нежности в ней. Эти четыре строки дать больше инструкций по искусству рассказывания историй, чем тома по «Искусство фантастики». Журналист, кто бы из тех же происшествий выткали около двадцати страниц (из которых не менее девятнадцати с лишним три четверти были бы выписаны на утверждение чековой книжки критик, а не искусствовед), действительно сказал меньше чем здесь сказал Пушкин, — так верна критика проповедником его собственную проповедь: «Мадам, если бы она была наполовину короче, она была бы вдвое длиннее!»

    РЕВНОСТЬ. (стр. 114.)

    Об этой части я уже говорил в Предисловии, 7.

    [стр. 175]

    В АЛЬБОМЕ. (стр. 116.)

    Это отличный пример пушкинской настроения , о которых я говорил во введении, глава III. тем более имеет право на рассмотрение англо-саксонских априори сантиментоненавистников (так легко придерживаться априорных суждений, настолько они удобны; они спасают дискуссию!) потому что Пушкин написал это произведение уже во взрослом возрасте, в лет тридцати, когда уже сформировался его строгий классический вкус.

    ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ. (стр. 120.)

    Эти строки взяты из поэмы-рассказа «Узник Кавказ.»

    ЗНАКИ. (стр. 124.)

    Из более чем египетского числа язв, которыми бедный Пушкин душа была поражена, суеверие было одно. Он верил в приметы и иногда отказывался от путешествия, когда ему дорогу перебегал заяц. из-за этому суеверию он однажды отказался от поездки в Петербург, которая вероятно, стоило бы ему жизни, если бы он сделал это. Для слуха декабрьского восстания, в котором приняли участие многие его друзья, он пустился в столицу, а заяц….

    ЭЛЕГИЯ. (стр. 132.)

    Четвертый том Пушкина, в котором это стихотворение было впервые вышла, поразила Белинского скудостью своего содержания. «Но в четвертый том «Стихотворений Пушкина», — говорит, — есть одно драгоценное жемчужина, которая напоминает нам о песне былых времен, о барде былых времен. это элегия «Погасшая радость безумных лет». Да! [Pg 176] такая элегия может выкупить не только несколько сказок, но даже целый том стихов!» . .. (Сочинения Белинского, II. 194.)

    ЛЮБОВЬ И СВОБОДА. (стр. 137.)

    В подлиннике это стихотворение называется «Графине Н. В. Кочубей».

    ВДОХНОВЛЯЮЩАЯ ЛЮБОВЬ. (стр. 139.)

    В оригинале это произведение озаглавлено «А. П. Керну».

    ГРАЦИИ. (стр. 141.)

    Адресовано княгине С. А. Урусовой.

    ПОЭТУ. (стр. 153.)

    Это единственное стихотворение, которое Тургенев цитирует в своей речи на открытии памятник Пушкину в 1880 году. «Конечно, — сказал он, — вы все это знаете, но я не могу устоять перед искушением украсить свою тонкую, скудную прозаику речь с этим поэтическим золотом.»

    ЗАДАНИЕ. (стр. 155.)

    Белинский, который научил меня ценить в Пушкине многое, что я иначе не оценил бы, отзывается об этом кусочке как «особенно превосходно» среди пушкинских антологических стихов, написанных в гекзаметре, и говорит, что от них веет стариной. Что ж, Я не могу согласиться с Белинским. Есть, без сомнения, сентиментальный в куске — зародыш; но это только зародыш, неполный, незрелый. я не перевел бы его (поскольку его красота, какой бы она ни была, полностью обязан своей непереводимой форме), но ради читателя, отдавая ему должное, стихотворение, столь высоко оцененное Белинского надо отдать, что бы я о нем ни думал.

    ВОПРОСОВ. (стр. 157.)

    В оригинале это произведение озаглавлено «26 мая 1828 года».

    СЛАВА. (стр. 160.)

    Выпущены первые песни Евгения Онегина с «Диалогом». между книготорговцем и поэтом» в качестве предисловия. Это стихотворение является одним из аргументы поэта в диалоге; и, поскольку он является независимым песня сама по себе, я не колеблясь относился к ней как к таковой.

    ТОСКОСТЬ. (стр. 162.)

    В оригинале эти строки озаглавлены: «П. А. Осиповой».

    МЫСЛИ СМЕРТИ. (стр. 165.)

    В оригинале это стихотворение озаглавлено «Стансы».

    ПРАВ. (стр. 167.)

    В оригинале это называется «Из VI. Пиндемонте». Но это оригинальное произведение Пушкина; сначала он назвал это «От Альфреда Мюссе». Очевидно, цензура могла принять его за произведение иностранный автор, где бы он ни был, как у Пушкина; к его политическому убеждения, которые Пушкин никогда, правда, не осмеливался высказывать свободно. Он никогда умышленно не вводил правительство в заблуждение, но временами руководил им верить в его лояльность больше, чем это было строго в соответствии с факты.

    
    
    
    
    
    Конец проекта Гутенберг Электронная книга стихов Александра Пушкина
    
    *** КОНЕЦ ЭТОГО ПРОЕКТА ЭЛЕКТРОННАЯ КНИГА ГУТЕНБЕРГ СТИХИ ***
    
    ***** Этот файл должен называться 54991-h.htm или 54991-h.zip *****
    Этот и все связанные с ним файлы различных форматов можно найти в:
            http://www.gutenberg.org/5/4/9/9/54991/
    
    Произведено Марком Д'Хуге из Free Literature (скоро онлайн
    в расширенной версии, а также ссылки на бесплатные источники для
    образование по всему миру. .. МООК, учебные материалы,...)
    Изображения щедро предоставлены Интернет-архивом.
    
    
    Обновленные издания заменят предыдущие, старые
    быть переименован.
    
    Создание произведений из печатных изданий, не защищенных авторским правом США.
    закон означает, что никто не владеет авторскими правами Соединенных Штатов на эти произведения,
    чтобы Фонд (и вы!) могли копировать и распространять его в Соединенных
    Государства без разрешения и без оплаты авторских прав
    роялти. Особые правила, изложенные в разделе «Общие условия использования»
    настоящей лицензии, применять к копированию и распространению Проекта
    Электронные работы Gutenberg-tm для защиты PROJECT GUTENBERG-tm
    концепция и товарный знак. Project Gutenberg является зарегистрированным товарным знаком,
    и не могут быть использованы, если вы взимаете плату за электронные книги, если только вы не получите
    конкретное разрешение. Если вы ничего не берете за копии этого
    eBook, соблюдать правила очень просто. Вы можете использовать эту электронную книгу
    практически для любых целей, таких как создание производных работ, отчетов,
    выступления и исследования.  Они могут быть изменены, распечатаны и переданы
    далеко - вы можете делать практически ВСЕ в Соединенных Штатах с электронными книгами
    не защищены законом об авторском праве США. Перераспределение подлежит
    лицензия на товарный знак, особенно коммерческое распространение.
    
    НАЧАЛО: ПОЛНАЯ ЛИЦЕНЗИЯ
    
    ПОЛНАЯ ЛИЦЕНЗИЯ ГУТЕНБЕРГА НА ПРОЕКТ
    ПОЖАЛУЙСТА, ПРОЧИТАЙТЕ ЭТО ПРЕЖДЕ, ЧЕМ ВЫ РАСПРОСТРАНЯЕТЕ ИЛИ ИСПОЛЬЗУЕТЕ ЭТУ РАБОТУ
    
    Чтобы защитить миссию Project Gutenberg-tm по продвижению свободного
    распространение электронных произведений путем использования или распространения этого произведения
    (или любая другая работа, так или иначе связанная с фразой «Проект
    Гутенберг"), вы соглашаетесь соблюдать все условия Полного
    Лицензия Project Gutenberg-tm доступна с этим файлом или в Интернете по адресу
    www.gutenberg.org/license.
    
    Раздел 1. Общие условия использования и распространения проекта
    Электронные произведения Гутенберг-тм
    
    1.А. Читая или используя любую часть этого проекта Gutenberg-tm
    электронное произведение, вы указываете, что прочитали, поняли, согласны с
    и принять все условия этой лицензии и интеллектуальной собственности
    (торговая марка/авторское право) соглашение.  Если вы не согласны соблюдать все
    условия этого соглашения, вы должны прекратить использование и вернуть или
    уничтожить все копии электронных произведений Project Gutenberg-tm в вашем
    владение. Если вы заплатили сбор за получение копии или доступ к
    Электронная работа Project Gutenberg-tm, и вы не согласны с этим
    по условиям настоящего соглашения вы можете получить возмещение от
    физическое или юридическое лицо, которому вы заплатили комиссию, как указано в пункте
    1.Д.8.
    
    1.Б. «Проект Гутенберг» — зарегистрированная торговая марка. Это может быть только
    используется или каким-либо образом ассоциируется с электронным произведением людьми, которые
    соглашаетесь соблюдать условия настоящего соглашения. Есть несколько
    вещи, которые вы можете делать с большинством электронных произведений Project Gutenberg-tm
    даже без соблюдения всех условий настоящего соглашения. Видеть
    пункт 1.С ниже. Есть много вещей, которые вы можете сделать с Project
    Электронный Gutenberg-tm работает, если вы соблюдаете условия этого
    соглашение и помочь сохранить свободный доступ к Project Gutenberg-tm в будущем
    электронные произведения.  См. параграф 1.Е ниже.
    
    1.С. Фонд Литературного Архива Проекта Гутенберга ("The
    Foundation" или PGLAF), владеет авторскими правами на компиляцию в сборнике.
    электронных произведений Project Gutenberg-тм. Почти все индивидуальные
    работы в коллекции находятся в общественном достоянии в США
    Состояния. Если отдельное произведение не защищено законом об авторском праве в
    Соединенные Штаты и вы находитесь в Соединенных Штатах, мы не
    заявлять о праве запретить вам копирование, распространение, исполнение,
    отображение или создание производных работ на основе работы до тех пор, пока
    все ссылки на Project Gutenberg удалены. Конечно, мы надеемся
    что вы поддержите миссию Project Gutenberg-tm по продвижению
    бесплатный доступ к электронным произведениям путем свободного обмена Project Gutenberg-tm
    работает в соответствии с условиями настоящего соглашения для сохранения
    Название проекта Gutenberg-tm связано с произведением. Вы можете легко
    соблюдать условия настоящего соглашения, сохраняя эту работу в
    тот же формат с прилагаемой полной лицензией Project Gutenberg-tm, когда
    вы бесплатно делитесь им с другими. 
    
    1.Д. Законы об авторском праве места, где вы находитесь, также регулируют
    что вы можете сделать с этой работой. Законы об авторском праве в большинстве стран
    в состоянии постоянного изменения. Если вы находитесь за пределами Соединенных Штатов,
    ознакомьтесь с законами вашей страны в дополнение к условиям настоящего
    соглашение перед загрузкой, копированием, отображением, исполнением,
    распространять или создавать производные работы на основе этой работы или любых
    другая работа Project Gutenberg-tm. Фонд не делает
    представления относительно статуса авторского права любого произведения в любой
    страна за пределами США.
    
    1.Э. Если вы не удалили все ссылки на Project Gutenberg:
    
    1.Д.1. Следующее предложение с активными ссылками на или другие
    немедленный доступ, должна появиться полная лицензия Project Gutenberg-tm
    на видном месте всякий раз, когда любая копия работы Project Gutenberg-tm (любая работа
    на котором появляется фраза «Проект Гутенберг» или с которым
    фраза «Проект Гутенберг» связана) доступна, отображается,
    выполненные, просмотренные, скопированные или распространенные:
    
      Эта электронная книга предназначена для использования кем угодно в Соединенных Штатах и
      большинстве других частей мира бесплатно и почти без
      каких-либо ограничений.  Вы можете скопировать его, отдать или использовать повторно
      в соответствии с условиями лицензии Project Gutenberg, прилагаемой к этому
      электронную книгу или онлайн на сайте www.gutenberg.org. Если вы не находитесь в г.
      США, вам необходимо ознакомиться с законами страны, в которой вы
      находятся перед использованием этой электронной книги.
    
    1.Д.2. Если отдельная электронная работа Project Gutenberg-tm
    получено из текстов, не защищенных законом об авторском праве США (не
    содержать уведомление о том, что оно размещено с разрешения
    правообладатель), работа может быть скопирована и распространена любым лицом в
    Соединенные Штаты без уплаты каких-либо сборов или сборов. Если ты
    распространение или предоставление доступа к произведению с фразой «Проект
    Гутенберг", связанный с произведением или появляющийся на нем, вы должны соблюдать
    либо с требованиями пунктов с 1.E.1 по 1.E.7, либо
    получить разрешение на использование произведения и проекта Gutenberg-tm
    товарный знак, как указано в параграфах 1. E.8 или 1.E.9.
    
    1.Д.3. Если отдельная электронная работа Project Gutenberg-tm размещена
    с разрешения правообладателя, ваше использование и распространение
    должны соответствовать как параграфам с 1.E.1 по 1.E.7, так и любым
    дополнительные условия, налагаемые правообладателем. Дополнительные условия
    будет привязан к лицензии Project Gutenberg-tm для всех работ
    размещена с разрешения правообладателя, находящегося на
    начало этой работы.
    
    1.Д.4. Не отсоединяйте, не отсоединяйте и не удаляйте полную версию Project Gutenberg-tm.
    Условия лицензии из этого произведения или любых файлов, содержащих часть этого
    работа или любая другая работа, связанная с проектом Gutenberg-tm.
    
    1.Д.5. Не копируйте, не отображайте, не выполняйте, не распространяйте и не перераспределяйте это
    электронное произведение или любую часть этого электронного произведения без
    на видном месте предложение, изложенное в пункте 1.E.1 с
    активные ссылки или немедленный доступ к полным условиям Проекта
    Лицензия Гутенберг-тм. 
    
    1.Д.6. Вы можете конвертировать и распространять эту работу в любом двоичном формате,
    сжатую, размеченную, непатентованную или проприетарную форму, в том числе
    любая текстовая обработка или гипертекстовая форма. Однако, если вы предоставляете доступ
    или распространять копии работы Project Gutenberg-tm в формате
    кроме "Plain Vanilla ASCII" или другого формата, используемого в официальном
    версия размещена на официальном веб-сайте Project Gutenberg-tm
    (www.gutenberg.org), вы должны без каких-либо дополнительных затрат, сборов или расходов
    пользователю, предоставить копию, средство экспорта копии или средство
    получения по запросу копии произведения в его оригинальном «Обычном
    Vanilla ASCII" или другой форме. Любой альтернативный формат должен включать
    полная лицензия Project Gutenberg-tm, как указано в пункте 1.E.1.
    
    1.Д.7. Не взимать плату за доступ, просмотр, отображение,
    выполнение, копирование или распространение любых работ Project Gutenberg-tm
    если вы не соблюдаете параграф 1. E.8 или 1.E.9.
    
    1.Д.8. Вы можете взимать разумную плату за копии или предоставление
    доступ или распространение электронных произведений Project Gutenberg-tm
    при условии, что
    
    * Вы платите роялти в размере 20% от валовой прибыли, которую вы получаете
      использование произведений Project Gutenberg-tm, рассчитанных по методу
      вы уже используете для расчета применимых налогов. Плата причитается
      владельцу товарного знака Project Gutenberg-tm, но он
      согласился пожертвовать лицензионные платежи в соответствии с настоящим пунктом Проекту
      Фонд литературного архива Гутенберга. Роялти должны быть выплачены
      в течение 60 дней после каждой даты, когда вы готовите (или
      требуется по закону для подготовки) ваших периодических налоговых деклараций. Роялти
      платежи должны быть четко обозначены как таковые и отправлены в проект
      Фонд литературного архива Гутенберга по адресу, указанному в
      Раздел 4, «Информация о пожертвованиях проекту Гутенберг
      Фонд литературного архива».
    
    * Вы обеспечиваете полный возврат любых денег, уплаченных пользователем, который уведомляет
      вам в письменной форме (или по электронной почте) в течение 30 дней с момента получения, что он/она
      не согласен с условиями полной версии Project Gutenberg-tm
      Лицензия.  Вы должны потребовать от такого пользователя вернуть или уничтожить все
      копии произведений, хранящиеся на физическом носителе, и снятые с производства
      любое использование и любой доступ к другим копиям Project Gutenberg-tm
      работает.
    
    * Вы предоставляете, в соответствии с пунктом 1.F.3, полный возврат
      любые деньги, уплаченные за работу или замену копии, если дефект в
      электронная работа обнаружена и доведена до вас в течение 90 дней
      получение работы.
    
    * Все остальные условия данного соглашения вы соблюдаете бесплатно
      распространение работ Project Gutenberg-tm.
    
    1.Д.9. Если вы хотите взимать плату или распространять Проект
    Электронное произведение Гутенберга или группа произведений на условиях, отличных от
    изложены в настоящем соглашении, вы должны получить разрешение в письменной форме
    как из Фонда литературного архива Project Gutenberg, так и из The
    ООО «Торговая марка Project Gutenberg», владелец Project Gutenberg-tm
    торговая марка. Свяжитесь с Фондом, как указано в Разделе 3 ниже. 
    
    1.Ф.
    
    1.F.1. Волонтеры и сотрудники проекта Gutenberg тратят значительные
    усилия по выявлению, исследованию авторских прав, расшифровке и корректировке
    работы, не защищенные законом об авторском праве США при создании Проекта
    Коллекция Гутенберг-тм. Несмотря на эти усилия, проект Gutenberg-tm
    электронные произведения и носитель, на котором они могут храниться, могут
    содержать «Дефекты», такие как, помимо прочего, неполные, неточные
    или поврежденные данные, ошибки транскрипции, авторские права или другие
    нарушение прав интеллектуальной собственности, дефектный или поврежденный диск или
    другой носитель, компьютерный вирус или компьютерные коды, которые повреждают или
    не может быть прочитан вашим оборудованием.
    
    1.F.2. ОГРАНИЧЕННАЯ ГАРАНТИЯ, ОТКАЗ ОТ УБЫТКОВ - За исключением «Правого
    замены или возмещения», описанного в пункте 1.F.3, Проект
    Фонд литературного архива Гутенберга, владелец проекта
    Торговая марка Gutenberg-tm и любая другая сторона, распространяющая Проект. 
    Электронная работа Gutenberg-tm в соответствии с настоящим соглашением, отказ от всех
    ответственность перед вами за ущерб, издержки и расходы, включая юридические
    сборы. ВЫ СОГЛАШАЕТЕСЬ С ТЕМ, ЧТО У ВАС НЕТ СРЕДСТВ ЗАЩИТЫ ОТ НЕБРЕЖНОСТИ, СТРОГО
    ОТВЕТСТВЕННОСТЬ, НАРУШЕНИЕ ГАРАНТИИ ИЛИ НАРУШЕНИЕ ДОГОВОРА, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ТЕХ
    ПРЕДУСМОТРЕН В ПУНКТЕ 1.F.3. ВЫ СОГЛАШАЕТЕСЬ С ТЕМ, ЧТО ФОНД,
    ВЛАДЕЛЕЦ ТОРГОВОЙ МАРКИ И ЛЮБОЙ ДИСТРИБЬЮТОР ПО ДАННОМУ СОГЛАШЕНИЮ НЕ БУДЕТ
    НЕСУТ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ПЕРЕД ВАС ЗА ФАКТИЧЕСКИЕ, ПРЯМЫЕ, КОСВЕННЫЕ, КОСВЕННЫЕ, ШТРАФНЫЕ ИЛИ
    СЛУЧАЙНЫЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ, ДАЖЕ ЕСЛИ ВЫ ПРЕДУПРЕЖДАЕТЕ О ВОЗМОЖНОСТИ ТАКИХ
    НАНОСИТЬ УЩЕРБ.
    
    1.F.3. ОГРАНИЧЕННОЕ ПРАВО НА ЗАМЕНУ ИЛИ ВОЗВРАТ - Если вы обнаружите
    дефект в этой электронной работе в течение 90 дней с момента получения, вы можете
    получить возмещение денег (если таковые имеются), которые вы заплатили за него, отправив
    письменное объяснение лицу, от которого вы получили работу. если ты
    получили работу на физическом носителе, необходимо вернуть носитель
    с вашим письменным объяснением.  Физическое или юридическое лицо, предоставившее вам
    с бракованной работой может выбрать замену копии в
    вместо возврата. Если вы получили работу в электронном виде, человек
    или лицо, предоставляющее его вам, может решить дать вам второй
    возможность получить работу в электронном виде вместо возврата денег. Если
    второй экземпляр также бракованный, вы можете потребовать возврата денег в письменной форме
    без дальнейших возможностей исправить проблему.
    
    1.F.4. За исключением ограниченного права на замену или возмещение, изложенного
    в пункте 1.F.3 эта работа предоставляется вам «КАК ЕСТЬ», БЕЗ НИКАКИХ
    ДРУГИЕ ГАРАНТИИ ЛЮБОГО РОДА, ЯВНЫЕ ИЛИ ПОДРАЗУМЕВАЕМЫЕ, ВКЛЮЧАЯ, НО НЕ
    ОГРАНИЧИВАЕТСЯ ГАРАНТИЯМИ КОММЕРЧЕСКОЙ ПРИГОДНОСТИ ИЛИ ПРИГОДНОСТИ ДЛЯ ЛЮБОЙ ЦЕЛИ.
    
    1.F.5. В некоторых штатах не допускается отказ от определенных подразумеваемых
    гарантии или исключение или ограничение определенных типов
    повреждения. Если какой-либо отказ от ответственности или ограничение, изложенные в настоящем соглашении
    нарушает право государства, применимое к настоящему соглашению,
    соглашение должно толковаться как максимальный отказ от ответственности или
    ограничение, разрешенное применимым законодательством штата.  Недействительность или
    неисполнимость любого положения настоящего соглашения не аннулирует
    остальные положения.
    
    1.F.6. ВОЗМЕЩЕНИЕ - Вы соглашаетесь возместить ущерб и удерживать Фонд,
    владелец товарного знака, любой агент или сотрудник Фонда, любой
    предоставление копий электронных произведений Project Gutenberg-tm в
    в соответствии с этим соглашением, и любые добровольцы, связанные с
    производство, продвижение и распространение Project Gutenberg-tm
    электронные работы, освобожденные от любой ответственности, затрат и расходов,
    включая судебные издержки, прямо или косвенно возникающие в связи с любым из
    следующее, что вы делаете или вызываете: (a) распространение этого
    или любую работу Project Gutenberg™, (b) изменение, модификацию или
    добавления или удаления к любой работе Project Gutenberg, и (c) любой
    Дефект, который вы вызываете.
    
    Раздел 2. Информация о миссии проекта Gutenberg-tm
    
    Проект Gutenberg-tm является синонимом бесплатного распространения
    электронные произведения в форматах, читаемых самым широким кругом
    компьютеры, включая устаревшие, старые, среднего возраста и новые компьютеры.  Это
    существует благодаря усилиям сотен волонтеров и пожертвований
    от людей во всех сферах жизни.
    
    Волонтеры и финансовая поддержка для обеспечения волонтеров
    помощь, в которой они нуждаются, имеет решающее значение для достижения цели Project Gutenberg-tm.
    целей и гарантировать, что коллекция Project Gutenberg-tm будет
    остаются в свободном доступе для будущих поколений. В 2001 году проект
    Фонд литературного архива Гутенберга был создан для обеспечения безопасного
    и постоянное будущее для Project Gutenberg-tm и будущее
    поколения. Чтобы узнать больше о литературном проекте Гутенберг
    Archive Foundation и как ваши усилия и пожертвования могут помочь, см.
    Разделы 3 и 4 и информационная страница Фонда на
    www.gutenberg.org Раздел 3. Информация о проекте Гутенберг
    Фонд литературного архива
    
    Фонд Project Gutenberg Literary Archive Foundation является некоммерческой организацией.
    501(c)(3) образовательная корпорация, организованная в соответствии с законодательством
    штата Миссисипи и получил статус освобожденного от налогов Внутренним
    Налоговая служба.  EIN Фонда или идентификационный номер федерального налогоплательщика
    номер 64-6221541. Вклад в литературный проект Гутенберга
    Фонд архива не облагается налогом в полном объеме, разрешенном
    Федеральные законы США и законы вашего штата.
    
    Главный офис Фонда находится в Фэрбенксе, Аляска.
    почтовый адрес: PO Box 750175, Fairbanks, AK 99775, но его
    добровольцы и сотрудники разбросаны по многочисленным
    места. Его бизнес-офис расположен по адресу 809 North 1500 West, Salt.
    Лейк-Сити, Юта 84116, (801) 596-1887. Ссылки на контакты по электронной почте и до
    дату, контактную информацию можно найти на веб-сайте Фонда и
    официальная страница на www.gutenberg.org/contact
    
    Для получения дополнительной контактной информации:
    
        Доктор Грегори Б. Ньюби
        Главный исполнительный директор и директор
        gbnewby@pglaf.org
    
    Раздел 4. Информация о пожертвованиях проекту Гутенберг
    Фонд литературного архива
    
    Проект «Гутенберг-тм» зависит и не может существовать без широкой
    распространять общественную поддержку и пожертвования для выполнения своей миссии
    увеличение количества произведений, находящихся в общественном достоянии и лицензированных произведений, которые могут быть
    свободно распространяется в машиночитаемой форме, доступной для самых широких
    оборудование, в том числе устаревшее.  Много мелких пожертвований
    (от 1 до 5000 долларов США) особенно важны для освобождения от налогов.
    статус в налоговой.
    
    Фонд обязуется соблюдать законы, регулирующие
    благотворительность и благотворительные пожертвования во всех 50 штатах США
    Состояния. Требования соответствия не являются единообразными, и требуется
    значительные усилия, много документов и много сборов, чтобы соответствовать и не отставать
    с этими требованиями. Мы не собираем пожертвования в местах
    если мы не получили письменного подтверждения соответствия. Отправлять
    ПОЖЕРТВОВАНИЯ или определить статус соответствия для любого конкретного
    государственный визит www.gutenberg.org/donate
    
    Хотя мы не можем и не требуем взносов от государств, в которых мы
    не выполнили требования ходатайства, мы не знаем ни о каком запрете
    против принятия незапрашиваемых пожертвований от доноров в тех штатах, которые
    обращаться к нам с предложениями пожертвовать.
    
    Международные пожертвования принимаются с благодарностью, но мы не можем сделать
    любые заявления относительно налогообложения пожертвований, полученных от
    за пределами США.  Одни только законы США захлестывают наш небольшой персонал.
    
    Пожалуйста, проверьте веб-страницы Project Gutenberg для текущего пожертвования
    методы и адреса. Пожертвования принимаются в ряде других
    способами, включая чеки, онлайн-платежи и пожертвования кредитной карты. К
    пожертвовать, пожалуйста, посетите: www.gutenberg.org/donate
    
    Раздел 5. Общая информация об электронных работах Project Gutenberg-tm.
    
    Профессор Майкл С. Харт был инициатором проекта.
    Концепция библиотеки электронных произведений Гутенберга, которую можно было бы
    свободно делиться с кем-либо. В течение сорока лет он производил и
    распространял электронные книги Project Gutenberg-tm только с разрозненной сетью
    волонтерская поддержка.
    
    Электронные книги проекта Gutenberg-tm часто создаются из нескольких печатных
    издания, все из которых подтверждены как не защищенные авторским правом в
    США, если не включено уведомление об авторских правах. Таким образом, мы не
    обязательно хранить электронные книги в соответствии с какой-либо конкретной бумагой
    версия. 
    
    Большинство людей начинают с нашего веб-сайта, на котором есть основная поисковая система PG.
    объект: www.gutenberg.org
    
    Этот веб-сайт содержит информацию о Project Gutenberg-tm,
    в том числе о том, как делать пожертвования литературному проекту Гутенберга.
    Archive Foundation, как помочь в выпуске наших новых электронных книг и как
    подпишитесь на нашу рассылку по электронной почте, чтобы узнавать о новых электронных книгах.
    
    
    
     

    Об «Избранных стихах» Александра Сергеевича Пушкина

    КАКОЕ УДОВОЛЬСТВИЕ написать о переводе Александра Сергеевича Пушкина (1799–1837) — все равно что получить приглашение воспевать кислород («Отличная вещь!»). Он наше все, как говорят русские, да и ДНК его везде в русской литературе. Даже если вы проводите большую часть своего времени с более поздними писателями, он настолько важен для каждого последующего поэта, пишущего по-русски, что все двери к нему остаются открытыми. Даже блестящий кумиров-футурист Владимир Маяковский, желавший сбросить всех своих поэтических предшественников с «парохода современности», в конце концов написал глубокомысленное и интимное стихотворение, адресованное Александру Сергеевичу. Пушкин глубоко сформировал русский язык, как он написан, поэтому даже его моменты архаичности все еще кажутся изящными и эффектными. Кем он был, тоже необычайно важно, поскольку его африканское происхождение (и то, что он писал о нем) с этого момента становления внесло открытость всему миру в русскую культуру — что бы Достоевский ни делал из специфически русского величия Пушкина в его знаменитая речь 1880 года, когда в Москве посвятили блэк-металлическую статую. Наконец, и это самое главное, чтение Пушкина доставляет огромное удовольствие: стоит только покачать головой от того, какой он был гад, типичный Близнец, и умиляешься или забавляешься следующей удивительной строчкой. Мы требуем, чтобы наши студенты выучили его стихотворение на первом курсе русского языка как драгоценный культурный капитал плюс хорошая фонетическая практика.

    А теперь представьте, что вы выбрали такую ​​длинную и содержательную подборку: liv + 280 страниц. Переводы выиграют от различных возрастов, настроений, тем и лет , над которыми переводчик работал с ними. (Полное раскрытие: я перевел только одно стихотворение Пушкина: стихотворное послание 1823 года его бывшему однокласснику Филиппу Вигелю, чтобы попросить моих студентов взглянуть на это раннее свидетельство гомосексуальной жизни в России — Пушкин не был; Вигель ‘ было.) Если я чувствую себя слегка запуганным заданием на рецензирование, то переводчик Пушкина должен чувствовать огромную тяжесть и ответственность. Кому-то русские поэты могут показаться приличными в самом первом черновом варианте, но суть Пушкина во многом в прекрасном плетении словесной ткани, в легкой на вид демонстрации того, что русский язык может все, что угодно, спасибо большое . Вот Энтони Вуд на дыбе, разрывающийся между обязательством передать смысл этих стихов и обязательством уважать их словесную структуру, совершить геркулесов подвиг и сделать так, чтобы это выглядело легко.

    Плотность аппарата в этом издании — 54 страницы справочного и вводного материала — подчеркивает, что 1) автор — Важный Классик 2) который предлагается в переводе, а значит, нуждается в особых условиях. Справедливости ради, даже исконно англоязычная классика, скорее всего, дойдет до нас таким образом. Жаль, что мы не можем получить эффект детского кружка с бойким библиотекарем, читающим одну из пушкинских сказок в стихах (или декламирующим: в России до сих пор заучивают любимые стихотворения), или открывающим страницы литературного обозрения, или заходящим в кафе и услышать стихотворение читать. В то же время читатель переводов действительно может почувствовать новизну: это лишь одна из возможностей перевода. Биографические, критические и библиографические тексты, которые предшествуют самим стихотворениям, информативны и хорошо написаны, заслуживают внимания, хочет ли читатель сначала совершить экскурсию или вернуться к ней после того, как попробует стих. Среди прочего Вуд упоминает ряд выдающихся исследователей Пушкина, издавшихся на английском языке: Алиссу Гиллеспи, Джона Бэйли, Майкла Вахтела и других. Для любознательного читателя или ученого в другой области это полезный и экономящий время жест: о Пушкине написали сотни людей, и не все они так хороши, как выбор Вуда.

    Расположить лирические стихи в хронологическом порядке (принцип, который русский поэт-модернист Марина Цветаева считала жизненно важным для понимания) означает, что вы переворачиваете страницу и нажимаете «Молодой красавице, понюхавшей табак» (1814). Название само по себе забавное, и стихотворение доставляет удовольствие, флиртуя и давая хорошую критику. А теперь задумайтесь над тем, что Пушкин написал это, когда ему было 14 лет! Недаром его сравнивают с Моцартом (вплоть до трагически ранней смерти). Начало с некоторой долей юмора также облегчает нам переход к рифмованным переводам, поскольку современный читатель, как правило, более готов приветствовать рифму в юмористической поэзии, которая может оправдать необходимую растяжку, гимнастику и остроумие неожиданным смехом. Ценим ли мы остроумие и в серьезной поэме, будет проверено в ходе чтения тома.

    Избранное стихотворение вызывает некоторые вопросы. Вуд утверждает, что он пользуется готовностью английской поэзии приветствовать хорейную строку в ямбическом стихотворении, и он делает это часто; это менее заметно читателям, не привыкшим к русской поэзии, которая гораздо более суетлива, чем англоязычная поэзия, о различии между двухфутовыми метрами. Различия в произношении между различными вариантами английского языка (особенно канадского, шотландского и американского по сравнению с австралийским и британским английским) могут привести к тому, что идеальные рифмы кажутся не такими совершенными, хотя, поскольку Вуд часто использует наклонные рифмы, те, точность которых зависит от произношения, не чувствуют себя неловко внутри. общая схема. Этот читатель особенно озадачен выбранным во многих текстах ударением на реке Нева в Санкт-Петербурге на первый слог, что делает его похожим на английское произношение (в большинстве региональных акцентов) «никогда». Ничего не могу с собой поделать: вдруг слышу, как Гарри Поттер утверждает, что никогда не уступит силам зла. Возможно, американцы слишком редко слышат название реки, если они не слышат его с ударением на последнем слоге в русском языке. И один пример, не ограничивающийся произношением, — примечание в конце тома к очень и очень известному лирику «К К.», вступительную строку которого «Я помню чудесное мгновенье» Вуд переводит так: «Этот момент приходит к меня снова», может также указывать на разницу между британскими и другими ожиданиями: «Точный английский эквивалент пушкинского слова ‘ чудное » нынешнему переводчику, предпочитавшему избегать преувеличений, архаизма и клише (типа «чудное»), показалось бы здесь преувеличенным…»

    В нескольких местах Вуд использует французскую или испанскую уловку, когда два слога считаются за один, если они представляют гласные в последовательности, что может или не может работать для тех, кто читает молча или особенно вслух. В повествовательной поэме Цыгане «Несчастный человек всегда скорбел» читается для меня как пятистопный хорей, а не четырехстопный ямб: откуда нам знать, пока мы не споткнулись, что мы должны читать «не» как один слог ? В то же время Вуд помогает, давая информацию о размерах, особенно для повествовательных стихов и сказок в стихах, указывая, когда он будет придерживаться исходной формы. Это позволяет читателю быстро войти в ожидаемый ритм — и уверяет критика, что Вуд делает все это нарочно.

    Придирки в сторону, этот набор Избранное стихотворение заслуживает похвалы. Мой фаворит — «Поэт» (1827 г.), в котором перевод выполняет ту необходимую преобразующую работу, которую описывает стихотворение: сначала поэт описывается нелестно и компетентно, но менее впечатляюще, затем зов Аполлона приводит к великолепному финалу. катрен — заработанная большая лексика и архаичный синтаксис, которые эффективно передают вдохновенный полет из приземленной, обыденной жизни в природу:

    Еще не вызван Аполлоном
    За преданную жертву,
    Поэт доволен тем, что следует за
    Пути мирских предприятий;
    Теперь священная лира тиха,
    Его душа погружена в сон, холод;
    Среди непритязательных мира
    Никто не ниже поэта.
    Но когда благочестивое слово Аполлона
    Касается его внимательных чувств,
    Сразу душа поэта зашевелится,
    И, как проснувшийся орел, напрягается.
    Среди мирских занятий он тоскует,
    От повседневных дел он вертится,
    Перед кумиром толпы
    Его надменная голова не склонится;
    С лицом диким и суровым он идет,
    Его ухо наполнено странным шумом,
    Он ищет просторные, поющие рощи,
    Грани одинокого океана…

    Даже если вы не читали оригинал так часто, чтобы он мерцал за каждой переведенной строкой, это очень эффектная версия. В этом и без того толстом томе нет оригиналов (сейчас это легко сделать с помощью компьютерных шрифтов, но, конечно, требуется больше страниц), и нет указателя названий на русском языке, хотя хронологический порядок позволяет легко сопоставить каждое стихотворение с его оригиналом. . Это снова говорит нам о том, кто, как ожидается, будет использовать это издание. Но студенты-переводчики могут использовать его для своих целей.

    Вот лишь несколько примеров эффективных решений Вуда, его контроля формы и непринужденной рифмы, а также его чувства того, что заставляет стихотворение тикать на английском языке. В оде на свободу ( Vol’nost’ на русском языке), тексте, который способствовал проблемам Пушкина с деспотичным российским правительством, Вуд выбирает «свободу», а не «свободу» или другие возможные синонимы, что делает это более длинное стихотворение более удобным. в его рифмовании, а также в мобилизации ассоциаций с политической риторикой ближе к дому. Есть несколько тонких палиндромных ходов, так как конец одной строки отражает начало следующей, например: «и лоф / От дурак с…» Добавление обязательного определенного артикля в английском языке («the») часто удлиняет русскую строку, но в «Бесах» (1830) Вуд очень изящно опускает артикли в двух строках, которые встречаются трижды в стихотворение: «Тучи спешат, тучи кружатся, / Луна играет в прятки». «Луна», а не «Луна», имеет вес личного имени, что делает отношения говорящего с небесным телом более близкими, а игру в прятки — более интересной или тревожной. «Песнь Марии» из «Пира во время чумы» (вольный перевод Пушкина из пьесы в стихах Джона Уилсона 1816 года Город Чумы ; Байрон, Грей и Скотт были не единственными британскими авторами, которые повлияли на его опус) действительно возвращает песню на острова со свежим, но традиционным народным звучанием. В более длинном стихотворении Пушкина «Осень» (1833 г.) красивые вкрапления более длинных и более коротких слов избегают неуклюжести, к которой склонны нагромождаться длинные последовательности односложных слов в английском языке. Другое важное короткое стихотворение «Пора, любовь моя, пора!..» (1834 г.) передает сложное настроение оригинала (хотя я бы оставил «друг» для русского «9».3947 снадобье », даже если он думал о своей жене, когда писал это: «моя любовь» переключает эмоциональный регистр с более философских, изящно переданных строк, в то время как «друг» открывает теплое и по-разному нежное обращение к его супруга). Поэма Пушкина «Гораций» (с эпиграфом «Exegi Monumentum» — латынь остается в английском, как и в русском оригинале, подчеркивая важность собственного классического образования Пушкина) особенно трудна, так как она и красива по фактуре, и полна идеи; Древесина превосходно передает свои достойные утверждения.

    Каждое из более длинных повествовательных или фольклорных стихотворений получает полезное небольшое индивидуальное введение, отражающее большие затраты времени, которые оно требует от читателя (ибо кто берется за длинное стихотворение без некоторого умиления? — совершенно ненужное в этом кейс). В предисловии к «Медный всадник » раскрывается остроумие, которое позволяет Вуду так ловко обращаться с пушкинским юмором, когда он описывает, как поэт Василий Жуковский сделал раннее посмертное издание поэмы, приемлемое для царя Николая I, «с некоторым смягчающим переписыванием». В том же длинном стихотворении, одном из самых известных пушкинских, я замечаю, что поэт-мастер граф Хвостов получает его правильное ударение, которое даже полезно для читателя помечено. (Здесь нет «никогда».) Сказки ( сказок ) в стихах, воплощение которых Пушкиным навеки закрепило четырехстопный хорей как фольклорный такт, также смешиваются с ямбом, за исключением тех случаев, когда Вуд придерживается хорея (о чем он объявляет).

    Критических замечаний меньше, хотя, возможно, они будут полезны для будущего обновленного издания. «На пути к далекой родине» («Для берегов отчизны дальней», 1830) откликается на англификацию менее изящно, чем «Песнь о Марии» — выбранный размер общей молитвы или баллады сбрасывает мрачность оригинала, особенно в конце, где Пушкин говорит своему умершему адресату, что она все еще должна его поцеловать. Баллады, конечно, могут быть жуткими («Холод дует ветром на мою верную любовь…»), но здесь оригинал — подчеркнуто не народная поэма. В остальном замечательном Цыгане , Вуд заставляет Земфиру заявить: «Но я буду любить его и быть верной» в отличие от оригинала «Но я буду ему подружкой» («Но я ему подругой буду») — что не обещает верности , Имеет ли это? Земфира — женщина слова, даже когда Алеко надоедает и говорит ему об этом. Возможно, это еще один отголосок английских народных песен, которые могут идентифицировать кого-то как «ложную истинную любовь», но это больше похоже на выбор слова, которое будет легко рифмоваться за счет характеристики. В аппарате тома последнее примечание к «Осени», увы, предлагает список «связанных с сушей» мест, который включает знаменитые прибрежные Шотландию и Нормандию. Во вступительном материале, в примечании о потомках Пушкина, встречается еще одна странная оговорка: Наталья, его младшая дочь, указана как родившаяся в 1836 году, но затем ее дочь Софья («от второго мужа») указана как родившаяся в 1848 году, когда Наталье было бы 12 лет. В 189 году рождается дочь Софи.6, когда ее матери по этим числам было бы 48 лет. Возможно, рецензенту поэзии не следует задерживаться на математике, так как рассматриваемая заметка содержит интригующую информацию о королевских связях потомков Пушкина.

    Я где-то слышал или, может быть, читал (и, конечно, забыл, где это было) мнение о том, что пингвиновский перевод любого произведения не всегда является лучшим доступным вариантом этого произведения, но никогда не является худшим доступным вариантом. Комментарий с английской температурой здесь будет таким: перевод Вуда действительно далеко не худший. Как американец могу сказать прямо, что это действительно ценное издание, как своими скрупулезными и часто великолепными переложениями отдельных стихотворений, так и как достойное общее знакомство с этим поэтом, таким сокровищем для России и для мира.

    ¤

    Сибелан Форрестер опубликовала переводы прозы и стихов с русского, сербского и хорватского языков. Она профессор русского языка и литературы в Суортмор-колледже.

    Александр Сергеевич Пушкин Цитаты из его исторических произведений

    Александр Сергеевич Пушкин был русским дворянином, поэтом и писателем, чья жизнь была полна интриг, политических махинаций, куртуазной любви и даже убийств, достойных отдельного эпического русского романа. Каждый русский может узнать бессмертные слова Пушкина из Евгений Онегин до Борис Гудонов до знаковых стихотворений, таких как «Медный всадник». Его работы как никакие другие отражают русский дух, воплощая в себе культуру и историю нации, настоящее и будущее.

    Портрет Александра Пушкина с цитатой

    Реклама

    Цитаты из исторических произведений Пушкина

    Пушкин написал много исторических пьес, стихов и прозы, имеющих большое историческое значение. Некоторые из этих произведений рассказывают о значительных исторических событиях в России, а другие с тех пор стали литературными реликвиями, которые до сих пор читают и любят россияне.

    Цитаты из «Оды к свободе»

    Пушкин был известен своими радикально либеральными политическими и философскими взглядами, которые нашли отражение в его стихах, таких как «Ода к свободе», призыве к оружию, который был посланием народу и предупреждением монархия. Это стихотворение, среди прочего, привело к конфликту с царским правительством, и в конце концов Пушкин был сослан в 1823 году.

    • «Тираны мира! Трепещите!/ А вы, ободритесь и внимайте,/ Восстаньте, попираемые рабы!»

    • «Отныне, о, короли, узнайте и знайте сие истинное:/ Чтоб ни лесть, ни недоуздки/ Не строить вам крепких баррикад,/ Ни тюремных стен, ни святых алтарей».

    • свобода весенняя / Навсегда спасет корону нации ».

    Медный всадник Цитаты

    Одним из условий освобождения Пушкина из ссылки было то, что он благосклонно писал о монархии, в частности о Петре Великом, с которым у него была родственная связь Прадед Пушкина был знаменитый афро- урожденный генерал Абрам Петрович Ганнибал, служивший при Петре I и даже воспитанный его крестником.Пушкин прославлял Петра I в поэме «Медный всадник».

    • «Берег, охваченный волнами, далекий, заброшенный: / Здесь стоял он, погруженный в мысли и влекомый / К далеким перспективам».

    • «Здесь швед плохо защищен:/ Город на этом месте, чтобы помешать/ Его целям, будет воздвигнут./ Ибо здесь мы можем, благословенной Природой,/ Прорубить окно на Запад/ И охранять наше побережье с убежденностью.

    • «О, как я люблю тебя, дщерь Петра!/ Твой облик, изящный и строгий;/ Невская величавая вода/ И гранитные берега: эти мне дороги».

    Цитаты из «Бориса Годунова»

    В пьесе «Борис Годунов» изображен одноименный исторический персонаж, который был царем России с 1598 по 1605 год. Спектакль ставили только спустя десятилетия после смерти Пушкина из-за строгой цензуры, но сейчас считается одним из величайших произведений русского театра.

    • «И несправедлив, равнодушно подмечает Зло и добро, и не знает ни гнева, ни жалости». вниз / И мой грешный долг погашен перед Богом ».

    • «В старости я проживаю свою жизнь заново».

    • «Как какой-нибудь судья, поседевший в должности,/ Спокойно созерцает он и праведных/ И несправедливых, равнодушно замечает/ Зло и добро, и не знает ни гнева, ни жалости».

    Реклама

    Цитаты из других известных исторических произведений Пушкина

    Большая часть раннего творчества Пушкина была данью уважения богатому русскому фольклору, как видно из его интерпретации сказки «Руслан и Людмила». Из-за цензуры он сосредоточил свои усилия на художественной прозе, такой как «Капитанская дочка», в которой рассказывается о событиях Пугачевской революции, произошедших после прихода к власти Екатерины Великой.

    • «Писал уверенной рукой;/ Итак, прими этот шаловливый труд!» — «Руслан и Людмила»

    • «Потерять навеки… О, друг мой,/ Лучше бы я был с мертвыми». — «Руслан и Людмила»

    • «Не дай Бог нам увидеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный. Те, кто замышляет среди нас невозможные потрясения, либо молоды и не знают нашего народа, либо жестокосерды, которым наплевать ни на свою, ни на чужую жизнь».3947 Капитанская дочка

    • «Молодой человек! Если мои заметки попадут в ваши руки, помните, что самые лучшие и самые устойчивые изменения — это те, которые проистекают из улучшения нравственного поведения без каких-либо насильственных потрясений». — Капитанская дочка

    • «Две навязчивые идеи не могут существовать вместе в моральном мире так же, как два тела не могут занимать одно и то же место в физическом мире». — «Пиковая дама»

    • «Скажи ему, что богатство не принесет тебе ни минуты счастья. Роскошь утешает одну бедность, и то ненадолго, пока к ней не привыкнешь». — Дубровский

    Цитаты из «Евгения Онегина»

    Одно из самых любимых произведений Пушкина — «Евгений Онегин», роман в стихах, повествующий трагическую историю Евгения Онегина, светского дворянина, который отталкивает свой шанс на любовь и счастье при каждом повернуть. Эта незабываемая история — один из самых знаковых романов на русском языке и одна из причин, по которой Пушкин считается отцом русской литературы.

    • «Мои мечты, мои мечты! Что стало с их сладостью? Что же стало с моей юностью?»

    • «Вся моя жизнь посвящена этой встрече с вами…»

    • «Всегда доволен и своей жизнью, и своим обедом, и своей женой».

    • «Любовь прошла, Муза явилась, погода ума обрела ясность; теперь на свободе я снова сплетаю воедино эмоции, мысли и волшебный звук».

    • «Он заполнил полку небольшой армией книг и читал и читал; но ничего из этого не имело смысла. .. Все они были подвержены различным судорожным ограничениям: те, что были в прошлом, устарели, а те, что были в настоящем, были зациклены на прошлом».

    • «Так люди — так мне кажется — Становятся хорошими друзьями от чистой скуки».

    • «Но кого любить? Доверять и дорожить? Кто не предаст нас в конце концов? И кто будет настолько добр, чтобы измерить наши слова и дела, как мы намерены?

    • «Но пламенная юность во всем своем безумии ничего не скрывает в своем сердце: ее любовь и ненависть, ее радости и печали выплескиваются наружу и вскоре открываются».

    • «Счастлив тот человек, который рано уходит с пира жизни, не успев до дна осушить свой кубок — полный вина; да, счастлив тот человек, который не дочитал романа жизни до конца, но хватило мудрости расстаться с ним резко, как я с моим Онегиным».

    • «Люблю дружескую беседу и дружеский бокал вина вечером».

    • «Таким образом, небесный дар нам таков: эта привычка занимает место блаженства».

    Реклама

    Цитаты Пушкина О любви и жизни

    Всю свою жизнь Пушкин воплощал свою страсть к жизни и любви в поэзии. По иронии судьбы, его любовь в конечном итоге стоила ему жизни. Пушкин влюбился и женился на молодой красавице по имени Наталья Гончарова. Вскоре ходили слухи, что у нее был роман, что побудило Пушкина вызвать ее предполагаемого любовника Жоржа Дантеса на дуэль. После недельной задержки Пушкин был смертельно ранен на дуэли и через два дня скончался. Многие из его стихов рассказывают о переходе его чувств от экстаза к агонии.

    • «Выпьем! Прочь грусть! / Вино наполнит наши сердца радостью!» — «Зимний вечер»

    • «В мире нет счастья, но есть свобода и покой». — «Время, мой друг»

    • «Когда возвысились чувства/ Свободы, славы и любви,/ И вдохновенье искусства/ Глубоко взбудоражила мою кровь». — «Мой Демон»

    • «Я любил тебя; и безнадежность, которую я знал, / Ревность, робость — хотя и напрасно — / Сотворили любовь такую ​​​​нежную и такую ​​​​настоящую / Как дай Бог, чтобы ты снова был любим ». — «Я любил тебя»

    • «Но клянусь Любовью, которую я давно забыл, / Забыть слезы Любви я не могу». — «Элегия»

    • «Так исчезают и мои недостатки/ Из души моей утомленной, И вновь в ней восходят видения,/ Моих ранних чистых дней». — «Воскресение»

    • «Я жил, чтобы похоронить свои желания и увидеть, как мои мечты разлагаются ржавчиной, теперь все, что осталось, — это бесплодные огни, которые сжигают мое пустое сердце в прах». — «Я жил, чтобы хоронить свои желания» в «Стихотворениях, прозе и пьесах Александра Пушкина»

    • «Где-то между одержимостью и принуждением находится импульс».

    • «Лучше возвышающие нас иллюзии, чем десять тысяч истин».

    • «Экстази — это полный стакан чая и кусочек сахара во рту».

    • «Не грусти, не сердись, если жизнь тебя обманывает! Подчинись своему горю — придет время радости, поверь мне.»

    • «Потом настал момент возрождения, Я взглянул — ты снова здесь, Мимолетное видение, квинтэссенция Всего прекрасного и редкого.»

    • «Если бы вы знали пламя, горящее во мне, которое я пытаюсь подавить своим разумом.»

    Реклама

    Штатный писатель

    Другие стихи А.С.Пушкина

    Другие стихи А.С.Пушкина
    Альбион Мичиган Главная страница Международная серия поэтов имеет честь представить

    см. также — «Любимые стихотворения Пушкина»


    А А Александр Пушкин Биография



    Величайший русский писатель.
    • Я пережил все желания,
    • Эпиграмма на А. А. Давыдову*
    • Маленькая птичка
    • «Вышел сеятель сеять семена свои. ..»
    • На графа Воронцова
    • К морю
    • Розочка, нет, я не ссорюсь
    • Лиза боится любить.
    • Ты из тех, кто всегда проигрывает,
    • О Муза сатиры, дышащая огнем!
    • Признание
    • Под голубым небом родной земли
    • Императору Николаю I
    • Зимняя дорога (индекс
    • )
    • Пророк
    • Арион
    • Доу, эсквайр *
    • Бродя по шумным улицам,
    • Я любил тебя; и, возможно, я люблю тебя до сих пор,
    • Мой румяный критик, мой пузатый насмешник,
    • В альбоме красавицы
    • Я думал ты забыл, сердце,
    • Экзеги Памятник

    1821
    Я пережил все желания,
    Мы с мечтами разошлись;
    Одна моя скорбь осталась целой,
    Остатки пустого сердца.
    Бури безжалостного устроения
    Онемели мою цветочную гирлянду-
    Я живу в одиноком запустении
    И интересно, когда придет мой конец.
    Таким образом, на голой ветке дерева, взорванной
    Свистящим холодом запоздалой зимы,
    Один лист, который пережил
    Его время еще будет дрожать.
    хх

    Вернуться к началу

    1822

    Эпиграмма на А. А. Давыдову*
    Был Аглая по влечению
    Вороньих завитков и боевой стойки,
    Один за свои деньги (без возражений),
    Третий, потому что он >из Франции,
    Клеон* по уму,
    Damis* для нежных песен в изобилии;
    К, моя Аглая, скажи, что угодно
    Ты была для собственного мужа?

    Вернуться к началу


    хх
    1823
    Маленькая птичка
    В чужих землях преданно цепляясь
    К исконным обрядам русской земли,
    Я выпустил птицу из плена
    Приветствовать возрождение лучезарной весны.
    На душе стало легче тогда: зачем бормотать
    Против божьего промысла и гнева,
    Когда я был свободен, чтобы трепетать
    Но один бедный пленник из своей клетки!
    хх

    Вернуться к началу



    «Вышел сеятель сеять семена свои…»
    Как сеятель свободы в пустоши
    Перед утренней звездой я шел;
    Из рук безупречных и наказанных
    В пазы тюрьмы
    Бросив жизненное семя, я бродил—
    Но было время и труды растрачены,
    Благотворительный дизайн потрачен впустую. ..
    Пасись, пасись, народ покорный!
    Ты не проснешься по зову чести.
    Зачем предлагать стадам освобождение?
    Для них ножницы или бойня,
    Их наследие каждого поколения
    Ярмо со звонками и желчью.
    ххх

    Вернуться к началу


    О графе Воронцове
    Половина Милорд, половина в обмен,
    Наполовину мудрец, наполовину болван,
    Пол-мошенник, но здесь на этот раз
    Есть все основания надеяться, что он справится.
    ххх

    Вернуться к началу



    К морю
    Прощай, распряжённый Океан!
    Ты больше не будешь на меня катиться
    Твоя лазурь набухает в бесконечном движении
    Или сиять в безмятежном величии.
    Сломанные слова товарища при уходе,
    Его град разлуки у дверей:
    Твое пение соблазнения, пение скорби
    Больше не будет шептать мне в уши.
    О родина избранная моим духом!
    Как часто в ваших банках на свободе
    Я бродил немой и смутно размышляя,
    Таит в себе священный, тревожный заряд!
    Как бы я хотел твое глубокое звучание,
    Приглушенный голос первобытной бездны,
    Как в твоей вечерней тишине радуйся,
    И в твоем внезапном безрассудном прыжке!
    Низкие брезентовые шлепанцы рыбака,
    Твоей капризной милостью укрыта,
    Неустрашимый в твоих губах:
    И все же твои титанические возни захлебнулись
    И затонули толпы мачтовых кораблей.
    Увы, судьба помешала мне взвесить
    Мой якорь у грязного берега,
    Ликуя, исследуя свое царство,
    И твоими дрейфующими хребтами, лежащими
    Мой поэтический курс навсегда.
    Ты ждал, звал… Я был в кандалах,
    И напрасно бунтовала душа моя,
    Успокоился в этих неотесанных окрестностях
    Всепоглощающим заклинанием страсти.
    Но к чему эта печаль? К какой стойкости
    Расправятся ли теперь мои беззаботные паруса?
    К одной одинокой цели во всем твоем просторе
    Мой дух с удовольствием бы помчался.
    Одинокая скала, гробница славы…
    Там леденящий сон опустился
    Призрак самой гордой истории человечества:
    Там Наполеон испустил дух.
    Там покой он променял на страдания;
    И несутся бурей за ним потоки
    Другой* царственный дух замучен,
    Еще один регент нашей мечты.
    Он ушел, и ушел на Свободу в трауре,
    Его лавры Вечности.
    Восстань, рев грозным предостережением:
    Он был твоим истинным бардом, о Море!
    Его душа была преследована твоим духом,
    По твоему образу он был создан:
    Как ты огромный, глубокий, неустрашимый,
    Как и ты, ночной дикий.
    Лишенный мира… где твоей силой,
    О Море, не могли бы вы сейчас нести меня?
    Жизнь предлагает везде одно приданое:
    При любом отблеске блаженства там пылает
    Просвещение или тирания.
    Прощай, Море! Отныне в изумлении
    Я буду преклоняться перед твоей царственной милостью;
    Долго будет твой глухой сумеречный гром
    Эхо в моем ухе.
    В леса и безмолвные глуши
    Могу ли я перевести ваши мощные заклинания,
    Твои скалы, твои бухты, твои сияющие локоны,
    Твои тени и твои ропотные волны.

    Вернуться к началу


    1824

    Роза-дева, нет, я не ссорюсь
    С этими милыми цепочками не унижают;
    Соловей, увитый лавром,
    Пернатая королева лесных певцов,
    Разве она не несет такой же сладкой участи,
    Возле жилища красоты гордой розы,
    И ее нежные гимны волнуют
    Сумерки сладострастной ночи.
    хх

    Вернуться к началу


    Лиза боится любить.
    А может это просто ее мода?
    Что, если Диана не выше
    Скрывать свою любовь к страсти?
    Опущенные веки, могут ли они вообще
    Скрыть лукавые взгляды, зажав хитрые
    Сбор нас, робкий поиск
    Кто из нас поможет ей упасть?
    хх

    Наверх


    1825

    Ты всегда проигрываешь,
    Блисс и вы все в разногласиях:
    Ты слишком мил, когда шанс отказывает
    И слишком умно, когда кивает.
    хх

    Вернуться к началу

    О муза сатиры, дышащая огнем!
    О, приди и услышь мой срочный зов!
    Мне не нужна гремящая лира,
    Подай мне бич Ювенала!
    Не пешие имитаторы,
    Не скупые переводчики,
    Ни рифмы беззвучные, бедные ягнята,
    Гноится от моих эпиграмм!
    Мир поэту, увядшему от голода,
    Мир газетным сплетникам.
    Мир каждому безобидному дураку!
    А как насчет вас, мои негодяи крутые,
    Вперед! Я обязательно зацеплю одну,
    Крюкни всех мразей колючей ручкой,
    И если случайно я пропущу один,
    Пожалуйста, напомните мне, господа!
    Ах, рожи с землистым наветом ужасным,
    Ах, лоб за медным лбом,
    Все из-за моей мстительной руки
    Неистребимое клеймо!
    ххх

    Вернуться к началу


    1826

    Исповедь
    Я люблю тебя, хоть я и злюсь на это,
    Хоть позор и тяжкий труд напрасны,
    И к моему безумию самонадеянному
    Здесь, у твоих ног, я признаюсь!
    Не подобает моим годам, моему положению,
    Здравый смысл давно назрел!
    И все же, судя по всему,
    Снова поразила меня чума любви:
    Тебя не видно. .. Я зеваю;
    Ты здесь — мне грустно и грустно,
    И еле сдерживаюсь от обладания,
    Дорогой эльф, как ты мне дорог!
    Почему, когда твоя бесхитростная девичья болтовня
    Сугробы>из соседнего дома, твоя воздушная поступь,
    Твое шуршащее платье, мои чувства рассеиваются
    И совсем голову теряю.
    Ты улыбаешься — Я краснею от восторга;
    Ты отворачиваешься — Я погрузился во мрак;
    Ваша бледная рука — компенсация
    Целый день воображаемой гибели.
    Когда к кадру с бесхитростным движением
    Ты наклоняешься крестиком, вся преданность,
    Твои глаза и локоны распущены,
    Мое сердце замирает в немом волнении
    Радуюсь тебе, как дитя!
    Смею признаться тебе в своих вздохах,
    Как ревниво я раздражаюсь и сопротивляюсь
    Когда вы отправляетесь в путь, временами бросая вызов
    Плохая погода, длительная прогулка?
    И тогда твой одинокий плач,
    Эти двое шепчутся с глаз долой,
    Ваш вагон на Опочку курсирует,
    И пианино поздно ночью. ..
    Алин! Я прошу, но чтобы меня пожалели,
    Я не смею молить о любви;
    Любовь, за грехи, которые я совершил,
    Возможно, я недостоин.
    Но притворись! Твой взгляд, дорогой эльф,
    Подходит для колдовства, поверь мне!
    Ах, меня легко обмануть!. . .
    Я сам хочу быть обманутым!
    ххх

    Вернуться к началу


    Под голубым небом родной земли
    Она томилась и начала увядать. . .
    Пока не пролетело без звука
    Надо мной ее юная тень;
    Но между нами пролегает непреодолимая черта.
    Напрасно я пытался пробудить свои чувства.
    Губы, принесшие весть, сделаны из камня,
    И я слушал, как камень, непоколебимый.
    Так это та, за кого когда-то горела моя душа
    В напряженном и шквальном огне,
    Одержимый, измученный, сведенный с ума
    Нежностью и желанием!
    Где мучения? Где любовь? Увы!
    Для невозвратных дней’
    Сладкая память, и для бедных доверчивых
    Тень, я не нахожу ни плача, ни слез.
    ххх

    Вернуться к началу

    Императору Николаю I
    Его сделали императором, и тут же
    Проявил свое чутье и драйв:
    Отправлено в Сибирь сто двадцать человек
    И повесил пятерых.
    хх

    Вернуться к началу

    Зимняя дорога
    Сквозь мрак луна виляет,
    Призрак-концертмейстер ночи,
    На унылых полянах
    Проливной меланхолический свет.
    Бежит тройка со своей тоскливой
    Бесцветный звенящий бубенчик на
    Над унылым снегом я устал,
    Голодный, промерзший до костей.
    Кучер в домашней одежде
    Мы поем на ходу;
    Теперь урывок скорбной страсти,
    Теперь матерная застольная песня.
    Не светит свет, не одинокий
    Сумрачная каюта. . . Снег и тишина. . .
    Поток только мимо тройки
    Вехи, полосатые и пестрые, спешка.
    Мрачный, тоскливый. . . Но возвращаясь
    Домой! А завтра через
    Приятные потрескивания горящего
    Сосновые бревна, я буду смотреть на вас:
    Мечтай и смотри, Нина,
    Один полный круг часов;
    Полночь не встанет между нами,
    Когда мы осторожно поворачиваем замок
    О наших абонентах. . . Может быть, дремлет,
    Ямщик слинял, сбивался;
    Бесцветный, унылый, едет бубенчик;
    Нина, облака закрывают луну.
    ххх

    Вернуться к началу


    Пророк
    Иссохший от жажды духа, я пересек
    Бескрайняя пустыня, погруженная во мрак,
    И пришел шестикрылый серафим
    Там, где сошлись следы, и я заблудился.
    Пальцы легкие, как сон, который он положил
    На моих веках; я широко открыл
    Мои орлиные глаза и взгляд вокруг.
    Он приложил пальцы к моим ушам
    И наполнились ревом:
    Я слышал музыку сфер,
    Полет ангелов по небу,
    Звери, которые ползли под морем,
    Пьянящий порыв виноградной лозы;
    И, как любовник меня целует,
    Он вырвал этот мой язык
    Владеет ложью и тщеславием;
    Он разорвал мои обморочные губы
    И с правой рукой в ​​крови,
    Он вооружил меня змеиным дротиком;
    Своим светлым мечом он рассек мне грудь;
    Мое сердце подпрыгнуло к нему;
    Светящийся багровый уголь, который он нажал
    В полость раны.
    Там в пустыне я лежал мертвый,
    И воззвал ко мне Бог и сказал:
    ‘Восстань, пророк, встань, и услышь, и увидишь,
    И пусть мои дела будут видны и услышаны
    Всем, кто отворачивается от меня,
    И сожгу их огненным словом моим.
    1827

    Вернуться к началу

    Арион
    Мы плыли многочисленной компанией.
    Некоторые из нас быстро натянули брезент,
    Остальные могучим веслом били
    Рассол; в то время как, спокойный на дремлющем море,
    Наш умелый рулевой сжал руль
    Чтобы направлять тягу корабля,
    И я, расслабившись в беззаботной доверчивости,
    Я им пел… Внезапный порыв
    Пронесло вниз и заставило глубоко содрогаться,
    И команда, и рулевой, все погибли!—
    Я только, тайный певец, подкинул
    На берегу моря в муках,
    Я по-прежнему пою свои гимны,
    И у валуна на берегу
    Высушить на солнце промокшую одежду.
    хх

    Вернуться к началу

    Доу, эсквайр*

    Зачем твой дивный карандаш стремится
    Мой мавританский профиль, чтобы выяснить?
    Ваше искусство поможет ему выжить,
    Но Мефистофель зашипит.
    Нарисуйте лицо мисс Олениной. Служить
    Долг его пылающего вдохновения,
    Гений должен тратить свое воодушевление
    Дань уважения молодости и красоте.
    хх

    Вернуться к началу


    1829

    Блуждая по шумным улицам,
    Входя в переполненную церковь,
    Сидя среди диких юношей,
    Я потерялся в своих мыслях.
    Я говорю себе: годы пролетят,
    И сколько бы нас здесь ни было, мы все
    Спустись под вечные своды.
    Чей-то час уже близок.
    Глядя на одинокий дуб,
    Я думаю: этот патриарх
    переживу свой забытый век
    Поскольку он пережил век моих отцов.
    Когда я ласкаю дорогое дитя,
    Я уже думаю: до свидания!
    Я уступаю тебе свое место: пора
    Чтобы я истлел, а ты расцвел.
    Я прощаюсь с каждым днём,
    Пытаюсь угадать
    Кто из них будет
    Годовщина моей смерти.
    И как и где мне умереть?
    Сражаться, путешествовать, плавать по волнам?
    Или будет соседняя долина
    Получи мою холодную пыль?
    И хотя все равно
    Бесчувственному телу,
    Я хотел бы отдохнуть
    Ближе к любимым местам.
    И у входа в могилу
    Пусть жизнь юная играет,
    И красота равнодушной природы
    Никогда не переставай сиять.
    ххх

    Вернуться к началу

    Я любил тебя; и, возможно, я люблю тебя до сих пор,
    Пламя, быть может, не погасло; пока что
    Так тихо горит в душе моей,
    Это больше не должно вас беспокоить.
    Безмолвно и безнадежно я любил тебя,
    Иногда слишком ревнив, а иногда слишком застенчив.
    Дай Бог тебе найти того, кто полюбит тебя
    Так же нежно и правдиво, как я.
    ххх

    Вернуться к началу


    1830

    Мой румяный критик, мой пузатый насмешник,
    Когда-либо готовый ругать мою пустынную музу,
    Иди сюда и посиди рядом со мной немного,
    Посмотрим, сможем ли мы найти немного удовольствия. . .
    Посмотри перед собой: несколько убогих лачуг,
    Дальше чернозем, наклонная равнина,
    И над всем густая полоса серых облаков.
    Где светлые нивы, леса, ручейки?
    Возле невысокого забора в нашем дворе
    Два хилых деревца чаруют взгляд.
    Только два. И один из них был раздет догола
    К осеннему дождю и чужой листве, промокшей
    И желтый, свалится в лужу при первом же порыве.
    Вот и все. Даже собака не рыскает по дороге.
    О, вот идёт мужик, а за ним две бабы:
    С непокрытой головой, под мышкой детский гроб;
    Издалека он кричит ленивому сыну священника
    Позвонить отцу и открыть церковь.
    «Поторопитесь! У нас не так много времени!»
    ххх

    Вернуться к началу

    1832

    В альбоме красавицы
    Вся гармония, вся чудесная справедливость,
    Вдали от страстей и мира,
    Она отдыхает в спокойном бессознательном состоянии
    В ее триумфальной красоте свернулась.
    Когда вокруг нее все взоры устремлены,
    Ни друзей, ни соперников не найти,
    Бледный круг других наших красавиц
    Полностью погашен ее блеском.
    И ты был связан не знаю куда,
    Будь то объятия любви,
    Или какое видение выбора вы можете иметь
    В самой сокровенной комнате сердца скрыто,—
    Но, встретив ее, ты затянешь,
    Пораженный ошеломлением в середине движения,
    И пауза в почтительной преданности
    У святилища красоты помолиться.
    ххх

    Вернуться к началу

    1835

    Я думал ты забыл, сердце,
    Ваша способность терпеть боль.
    Этот легкий подарок придет, я думал,
    Больше нет! Больше нет!
    Прошли восторги и печали
    И сны ты полуверил. . .
    Но теперь я знаю, пока жива красота
    так долго будет жить моя сила скорбеть.
    ххх

    Вернуться к началу

    1836

    Exegi Monumentum
    Я себе памятник поставил
    Нерукотворный; след его, хотя и проторенный
    Народом не зарастет,
    И стоит выше Александровской колонны.
    Я не умру полностью. В моей священной лире
    Моя душа переживет мой прах и избежит разложения—
    И я буду славен до тех пор, пока внизу
    На луне одинокий поэт остался жив.
    Меня зашумят за границей по всей великой России,
    Ее бесчисленные языки будут говорить мое имя:
    Язык гордого внука славян, финна, и ныне
    Дикие тунгусы и калмыки, друзья степей.
    В грядущие века я буду любим народом
    За то, что своей лирой пробудил мысли благородные,
    За то, что прославил свободу в мой суровый век
    И призвал к милосердию к павшим.
    Будь внимательна, Муза, к заповедям Божиим;
    Не боясь оскорблений, не прося короны,
    Равнодушно принимай и лесть, и клевету,
    И не спорь с дураком.

    Вернуться к началу


    Перевод Бабетты Дойч.

    Альбион Мичиган Домашняя страница Международный Серия «Поэты» стала возможной благодаря материалам, предоставленным нашими друзьями со всего мира. Мир. Мы ищем лучшее в классической поэзии всех народов.

    Возвращение в Альбион Мичиган Вдохновение Страница

    Веб-страница от Albion Дизайн / Мэгги ЛаНуэ © 1999
    Все права защищены

    Кем был Александр Пушкин — Узнайте о РОССИИ

    Кем был Александр Пушкин?

    Перейти на ПУШКИНСКАЯ ЖИЗНЬ

    Перейти в МИР ПУШКИНА

    Александр Пушкин – величайший русский писатель. Он писал стихи, рассказы, романы и сказки, и здесь вы узнаете немного о нем, его семье, его произведениях и о том, что с ним случилось.

    Пушкин жил в России около 200 лет назад, но до сих пор пользуется большой популярностью у людей всех возрастов, в том числе у детей. Мы спросили об этом детей в Санкт-Петербурге:

    Вот как описал себя Пушкин в стихотворении, которое он написал (по-французски), когда ему было лет 15:

    Подлец я обыкновенный
    И школу не бросил;
    Не притворяясь,
    Могу сказать, что я не дурак.

    Нет профессора Сорбонны
    Когда-либо читал лекции своим мальчикам
    С такой непревзойденной скукой
    Или производил вдвое меньше шума.

    Мой рост не равен
    До бобовых шестов там наверху;
    У меня розовый цвет лица
    И вьющиеся светлые волосы.

    Люблю городскую суету,
    Ненавижу бегущие ручьи;
    Ненавижу споры, суету
    И даже свои книги.

    Балы и игры доставляют мне удовольствие,
    И я бы с радостью сказал
    Чем бы я еще дорожил…
    Если бы я ушел из лицея.

    Выдержка из «Портрета Мон», переведенного с французского Питером Франсом.

    Что о нем говорят в семье?

    Бабушка Александра Пушкина — Мария Ганибал
    «Я не знаю, что будет с моим старшим внуком. Он смышленый мальчик и любит читать, но плохо учится, почти никогда не выполняет школьные задания должным образом. Иногда вы просто не можете заставить его двигаться или пойти играть с другими детьми, а иногда он сходит с ума и так раздражается, что вы просто не можете его успокоить: он бросается из одной крайности в другую, он никогда не бывает посередине».


    Сестра Александра Пушкина Ольга Павлищева
    » До шести лет Александр ничем особенным не был. Наоборот — был неуклюжим, потому что был довольно толстым, и всегда тихим, поэтому наша мама часто от него отчаивалась. «Ей пришлось заставить его выйти и заставить бежать. Поэтому он предпочитал оставаться с нашей бабушкой, Марией Ганибал. Он рылся в ее рабочей корзине и смотрел, как она шьет».
    «В семь лет он стал веселым и озорным»
    «Он был ленив в школьных занятиях, но вскоре обнаружил, что любит читать и в возрасте девяти лет любил читать Плутарха или «Илиаду» и «Одиссею».
    «Первые его стихи были, конечно, на французском языке, хотя его учили и русскому. Его и его сестру грамоте научила бабушка Мария Ганибал… Другие предметы преподавались на французском языке домашними репетиторами и частными учителями. Когда у его сестры была гувернантка-англичанка, он тоже выучил английский, но не очень хорошо.
    «Полагаясь на хорошую память, он так и не усвоил уроков, а повторил ответы сестры. Когда учитель попросил его ответить первым, он застрял. Арифметика казалась ему невозможной, и первые четыре правила, особенно деление, часто заставляли его плакать».


    Брат Александра Пушкина Лев Пушкин
    «Он любил поэзию с самого начала: в восемь лет, когда он уже умел читать и писать, сочинял анекдоты и стишки о своих учителях на французском языке. Он плохо выучил русский язык: он все время слышал французский — наш репетитор был француз, очень умный и образованный человек, и книги нашего отца были все французские. В детстве он мало спал по ночам и тайком ходил в кабинет к отцу и глотал книги одну за другой. У Пушкина была потрясающая память, и к одиннадцати годам он уже знал наизусть всю французскую литературу».


    Иван Пущин, лучший друг Пушкина
    «…очень бойкий мальчик, кудрявый, с быстрыми глазами»
    «Мы все знали, что Пушкин был впереди нас, читали много книг, которых даже не слышал и помнил все, что читал. Но лучше всего то, что он никогда не хвастался этим».


    Сергей Комовский, еще один школьный друг
    «Большую часть времени он жил в мире фантазий. Но когда он излагал свои мысли на бумаге, то отходил в самый дальний угол комнаты, с нетерпением жуя перо. Затем, нахмурившись, дуя сквозь губы и выглядя яростно, он прочитал то, что написал».


    Теперь ваша очередь!

    Расскажите, что вы уже узнали о Пушкине:
    Каким он был в детстве? Вы можете представить его в своей школе?
    Пушкин любил читать — даже когда ему полагалось спать в постели.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *